– Боюсь, это всего лишь я, – произнес Дадли. Он сжал ее руку.

– Что… произошло? – прохрипела Кеста.

Дадли вытер что-то с ее губ.

– Сработало. – Он улыбнулся. – Правда сработало.

Кеста снова моргнула и попыталась сфокусироваться, наладить связь между глазами и мозгом, заставить их понять, вспомнить.

«Это Дадли, и Дадли плачет. Почему? »

«Потому что ты не умерла ».

Она не умерла, потому что «Реаниматор» сработал. «Реаниматор-D », который Дадли ввел ей, обнаружив ее на полу в раздевалке, когда прибыл на работу тем утром, – она знала, что все произойдет именно так. Она заразила себя вирусом с помощью крови Тима. Инфицировалась, чтобы вынудить Дадли ввести ей препарат, неважно, готов тот или нет. Она принесла себя в жертву науке.

– Сработало? – повторила она, с трудом осознавая, что значат эти слова. Имя Тима вышло легко, оно ждало на ее губах, когда она очнулась, но новые слова находились будто на некотором от нее расстоянии. Ее тело пульсировало, и она не могла поднять руку. Кеста посмотрела на нее: та лежала рядом на кровати, а мозг плескался в ее черепе, и при любом движении ее накрывало волной головокружения. Ее тошнило. И затошнило сильнее, когда она рассмотрела руку – кисть была отведена в сторону, пристегнута кожаным ремнем, металлическая пряжка которого блестела в свете потолочной лампы.

Кеста ввела себе зараженную кровь Тима. И все еще была жива.

Она попыталась присесть, но ее внутренности совершили кульбит. Сердце стучало слишком быстро. Дадли постарался уложить ее обратно на подушки, но тут из марева появилось еще одно лицо. Это был Лундин.

– Значит, она справилась, – с усмешкой заметил он. – Хотя не сказать, что заслужила это. – Он смотрел на источник писка, ее медицинский монитор, в поиске подсказок и качал головой. – О чем вы, черт возьми, думали, Шелли?

Он ткнул в нее пальцем, и головокружение, пронзившее восприятие Кесты, заставило ее вскинуть руку для защиты. Лундин сердито смотрел на нее сверху вниз. Теперь он казался таким высоким. Он схватил Дадли за локоть, и они вдвоем вышли из поля зрения Кесты. Она продолжала лежать, а ее сердце и мозг колотились о стены, созданные ее телом. Она осторожно принялась проверять границы своих возможностей, перенастраиваться, пыталась прямо в постели определить, сколько осталось сил в руках и ногах, заставить себя вспомнить, как подняться.

Кеста почувствовала, как во рту заметался язык. «Я хочу пить? » – подумала она, но хотела она вовсе не воды. Ее язык желал чего-то другого, она пока просто не понимала, чего именно. Крови? Нет, и не ее. Кончиком языка она коснулась зубов, потом просунула его между ними, сквозь приоткрытые губы. Ощущение – яркое, болезненное, необычное, которое она не могла осознать. Одновременно вкус и запах: новое чувство. Как у змеи.