Следующие два месяца она резала, обрабатывала и изучала ткани из хранилища. Но толку от всего этого не было. По большей части она работала самостоятельно, иногда – вместе с Кук, как робот перемещаясь по лаборатории, убирая, вытирая, нарезая на полоски и кубики, вглядываясь в яркое перламутровое сияние, вдыхая неочищенные консерванты и работая с великой осторожностью, кропотливо перебирая останки. И все это под землей, в мире проекта «Рассвет», который существовал параллельно с реальным, верхним миром. Целыми днями Кеста глядела в микроскоп и в итоге начала смотреть на окружавшую ее действительность совершенно по-новому. Лаборатория, люди в ней, беспрестанный поток приходящих и уходящих сотрудников, скрип тележек и латексных костюмов, протяжный скрежет автоматических дверей – все сливалось в размытое пятно, густой заварной крем, в котором она будто парила, но не была по-настоящему живой.

Иногда она делала короткие перерывы, чтобы пообедать или выпить кофе с Кук, и тогда они принимались вполголоса обсуждать, что они разглядели под микроскопом и чего пока не смогли понять.

– Я ожидала совсем другого, – одним утром прошептала Кеста, когда они встретились у кофемашины. Кук меняла фильтр с той же ловкостью, с какой обычно извлекала фрагменты тканей из трупов.

– Ты про кофе или про исследование?

– Про исследование, – сказала Кеста, доверху наполняя водой прозрачный цилиндр в задней части кофемашины. – Как так выходит, что мы по-прежнему движемся на ощупь в полной темноте?

– Дорогая моя, прошла всего пара месяцев. Не падай духом, – улыбнулась ей Кук и нажала кнопку включения, отчего машина издала короткоебип . Они облокотились о тумбу, измученные каждодневной рутиной. К потолку поднимался аромат кофе, заполняя комнату отдыха. – Ты хоть представляешь, сколько наших убили во время вспышки?

– Наших?

– Спасателей, докторов, ученых-медиков всех мастей, – пояснила Кук. Бросив три кубика коричневого сахара в чашку, она принялась помешивать так энергично, что забряцали ее украшения. – Тысячи погибли, оказавшись запертыми в больницах. Их просто бросили гнить, хотя их вина заключалась лишь в том, что они пытались помочь. Все здесь стараются изо всех сил. Тебе нужно набраться терпения.

– Просто мне кажется, что мы скорее каталогизируем, чем изучаем, – вздохнула Кеста.

– Ну, давай тогда обсудим наши наблюдения. Как такое возможно, – Кук громко отхлебнула свой кофе, а затем добавила четвертый кубик сахара, – что вирус уничтожает клетки в каждом органе, который мне довелось изучать, но при этом не приводит к смерти жертвы?