— Если кто-то нападает исподтишка, загоняя в угол, разве студент не имеет права защищать себя любыми доступными способами? — я невинно склонила голову набок, хотя в моих словах сквозила неприкрытая сталь. — Или правила гласят, что мы должны безвольно терпеть чужую наглость только потому, что у нападающего... более высокий статус?

В аудитории кто-то ахнул. Кассиан медленно подошел к моему ряду, остановившись прямо напротив моего стола. Расстояние между нами было безопасным, но его магия давила так сильно, что мне стало трудно дышать.

— Студентка Элиана, не так ли? — бархатно, почти ласково протянул он. — Видите ли, проблема в том, что вы путаете нападение с воспитанием. Когда кто-то загоняет вас в угол, он делает это не просто так. Он показывает вам ваше место.

Он оперся руками о край пустующей парты передо мной и чуть подался вперед.

— И если в такой ситуации вы достаете клинок... вы должны быть абсолютно уверены, что у вас хватит духу пустить его в ход, — его голос упал до глубокого, интимного шепота, который, казалось, предназначался только мне. — Потому что если ваша рука дрогнет, противник просто обезоружит вас. И тогда вы окажетесь в его полной власти. А поверьте мне, наказание за дерзость будет... очень суровым.

— Моя рука не дрогнет, лорд Деламар, — процедила я, глядя прямо в его темнеющие глаза. — Можете быть уверены. В следующий раз я не стану медлить.

— Жду с нетерпением, — Кассиан выпрямился, и его лицо мгновенно стало непроницаемым, словно этого жаркого, двусмысленного диалога только что и не было.

Он резко развернулся и пошел обратно к кафедре, бросив напоследок ледяным тоном:

— Кураторский час окончен. Тем, кто не усвоил правила с первого раза, придется объяснять их индивидуально. Свободны.

Остаток учебного дня пролетел для меня как в тумане. Я механически записывала лекции, кивала болтовне Молли, но все мои мысли были сосредоточены только на одном — мне нужно было поймать Теодора.

Едва прозвучал последний удар подводного колокола, возвещающий об окончании занятий, я решительно захлопнула тетрадь.

— Молли, иди в комнату без меня. Мне нужно кое-что уладить, — бросила я на ходу, закидывая сумку на плечо, и, не дожидаясь ответа удивленной подруги, бросилась к выходу из аудитории.

Я знала, где его искать. Первокурсники как раз расходились по своим крыльям, и я со всех ног помчалась к массивным аркам, ведущим в мужское общежитие.

Я успела в самую последнюю секунду. Теодор уже поднимался по мраморным ступеням, отделившись от группы парней, с которыми сидел на лекции Торна. Его профиль оставался всё таким же пугающе-непроницаемым.