Глава 3. Шелк и сталь
До начала торжественного вечера оставалось меньше двух часов, и наша комната превратилась в зону стихийного бедствия. Молли в панике носилась от шкафа к зеркалу, разбрасывая вокруг платья пастельных тонов и причитая, что ей совершенно нечего надеть на мероприятие, где соберется весь высший свет Атлантиды.
Я же, напротив, была абсолютно спокойна. Вернее, это было то самое ледяное спокойствие, которое наступает перед хорошей дракой. Если Деламар и местная элита ждали, что полукровка забьется в угол и придет на праздник в сером рубище, опустив глаза в пол, то они сильно ошибались.
Открыв свой скромный сундук, я отложила в сторону скучные закрытые платья и вытащила на свет свой главный козырь.
— Ого! — Молли замерла с бледно-розовым платьем в руках, когда я сбросила повседневную рубашку. — Элиана, ты уверена, что это... по уставу?
Я критически осмотрела себя в высоком зеркале. На мне был мой любимый, откровенный красный топ на тонких бретелях — вещь, которая всегда выручала меня на вечеринках в Нижнем секторе. Он плотно облегал грудь, оставляя открытыми плечи и живот, а его насыщенный алый цвет бросал дерзкий вызов холодным синим и серебристым тонам, которые так любили местные аристократы.
— Устав ничего не говорит о форме одежды на вечерних мероприятиях, — хмыкнула я, доставая из сундука нижнюю часть наряда.
Это была длинная, струящаяся белоснежная юбка из легчайшего материала. Но её главный секрет скрывался в крое: два умопомрачительных разреза по бокам доходили почти до самых бедер. При ходьбе ткань красиво разлеталась, не сковывая движений, что для меня было критически важно.
Молли завороженно следила за тем, как я застегиваю скрытые крючки на талии. Мой наряд кричал о непокорности. Яркий, смелый, не оставляющий шансов затеряться в толпе.
Но образ был бы неполным без одной важнейшей детали.
Я опустилась на одно колено и достала со дна сундука узкие кожаные ножны. Привычным, отработанным движением я закрепила их на правом бедре, прямо под разрезом белоснежной юбки. Рукоять кинжала, инкрустированная темным перламутром, идеально легла в ладонь, подарив долгожданное чувство уверенности.
Это был подарок моего отца на восемнадцатилетие. В тот день он сказал, что океан полон не только красивых рыб, но и безжалостных хищников, и я всегда должна уметь защитить себя. Сейчас мне был двадцать один год — возраст, который у атлантов считался рубежом полного, абсолютного совершеннолетия. Я была взрослой самостоятельной девушкой, и прятаться за чужими спинами не входило в мои планы.