место.Возраст.Не старость.Страх стать невидимой.Боже, как банально и как больно.— Вы забавны, — сказала мадам де Брион.— А вы дороже, чем я планировала на сегодня.— Я мать вашего покойного мужа.— Я помню.— И бабушка ваших детей.— Это сильнее.Свекровь чуть замерла.Элеонора заметила.Ага.Дети.Вот где не только деньги.— Вы видели Армана и Изабель? — спросила Элеонора.— Ещё нет. Они стали взрослыми, пока вы болели и забывали приглашать меня чаще.— Я была, судя по всему, очень занята медленным исчезновением.Мадам де Брион сжала веер.— Не стоит драматизировать.— Вы приехали с молодым виконтом и просите пять тысяч ливров. Позвольте мне хотя бы драматизировать бесплатно.Этьен тихо сказал:— Это становится лучшим визитом сезона.— Виконт, — одновременно произнесли обе женщины.Он поклонился и отошёл к окну, но улыбку не спрятал.Элеонора вдруг поняла, что он ей нравится. Не как мужчина. Как хороший декоративный элемент с мозгом. И, возможно, с добрым сердцем, если не испортили окончательно.— Я не откажу вам сразу, — сказала Элеонора.Мадам де Брион медленно подняла брови.— Как великодушно.— Но и не дам деньги без понимания, куда они уйдут.— Вы намерены контролировать меня?— Нет. Я намерена перестать оплачивать туман.Свекровь прищурилась.— Ваш муж никогда не требовал отчётов.— Мой муж умер, мадам.Тишина.Вот теперь удар был жёстче.Но нужный.— А я, как видите, нет.Мадам де Брион смотрела на неё долго.Потом очень медленно закрыла веер.Щёлк.Тихий звук.Как начало дуэли.— Вы считаете себя хозяйкой дома.— Я ею являюсь.— Дом принадлежит не только вам. У вас есть сын.— И я намерена оставить ему не счета за чужие удовольствия, а устойчивое состояние.— Вы обвиняете меня в расточительности?— Пока только подозреваю с большим уважением к вашим способностям.И тут в дверях раздался тихий звук.Изабель.Конечно.Девушка стояла у порога, бледная, напряжённая, в светлом платье с голубой лентой. За ней — Арман. Мрачный. Габриэль чуть дальше. И Жанна, которая делала вид, что вообще-то просто несла салфетки через салон.Превосходно.Вся семья в сборе.Мадам де Брион повернулась.И на её лице впервые появилась настоящая эмоция.Не театральная.Не рассчитанная.Боль.Мимолётная, быстро спрятанная, но Элеонора успела увидеть.Она смотрела на Армана и Изабель так, будто вдруг поняла, сколько пропустила.— Дети, — произнесла она.Изабель сделала реверанс.— Бабушка.Арман поклонился.— Мадам.О.Не «бабушка».Интересно.Мадам де Брион заметила тоже.Губы её чуть дрогнули.— Арман, вы стали совсем мужчиной.— Время имеет