Это страшная мысль.— Да, — согласилась графиня. — Поэтому я и приехала.Элеонора медленно поставила чашку.Вот оно.Не просто сплетни.Не просто мода.Движение началось.Пока маленькое. Женское. Скрытое. В гостиных, за чаем, под видом разговоров о платьях.Но началось.Женщины начали задавать вопросы.Про дочерей. Про себя. Про цвет платья. Про право хотеть. Про то, почему удобство годами называли добродетелью.И это было гораздо опаснее, чем её флирт с Рэйвеном.Хотя флирт, конечно, тоже работал на репутацию катастрофы.— Присылайте Луизу ко мне, — сказала Элеонора.Графиня подняла брови.— Так сразу?— А что мы будем ждать? Пока она выйдет замуж за человека, который любит её приданое, и начнёт коллекционировать головные боли?Баронесса тихо ахнула.Агата довольно кивнула.— Очень точный прогноз.— Агата.— Что? Я видела такие браки пачками.Рэйвен смотрел на Элеонору с тем самым выражением, от которого она всё время забывала, что в комнате люди.Гордый?Нет.Не совсем.Поражённый — да.И ещё… тронутый.Ему нравилось, что она делает. Нравилось опасно сильно.— Вы собираетесь открыть школу? — спросила графиня.— Нет.— Салон?— Боже упаси.— Тогда что?Элеонора подумала.В голове вдруг возникла картинка из прошлой жизни: её агентство, мягкие кресла, столик с кофе, Камилла с блокнотом, женщины, которые приходили «подобрать мужа», а на самом деле впервые рассказывали, чего боятся. Тогда она называла это работой.Здесь это могло стать оружием.— Круг, — сказала она медленно.Жанна у двери замерла.Рэйвен чуть прищурился.Агата опустила веер.— Не политический, — уточнила Элеонора. — Не заговор. Не сборище скучающих дам, которые обсуждают чужие шляпы.— А что? — спросила баронесса почти шёпотом.Элеонора посмотрела на неё.И почему-то именно ей ответила мягче.— Место, где женщина может прийти с дочерью и услышать, что её ребёнок — не только будущая жена. Где девочек учат не только танцевать и молчать, но и держать себя, думать, читать лица, понимать деньги, отличать комплимент от крючка, а заботу — от клетки.В комнате стало очень тихо.Даже Рэйвен не двигался.Графиня смотрела на неё уже без светского блеска.Баронесса де Сент-Клер побледнела так сильно, что Элеонора почти пожалела о прямоте.Агата медленно закрыла веер.— Дорогая, — сказала свекровь, — вы понимаете, что только что придумали то, за что половина мужчин Парижа захочет вас запереть?— Значит, вторую половину надо успеть научить делать кофе.Рэйвен тихо рассмеялся.Вот за это она его…Нет.Стоп.Не продолжать мысль.— А если королева узнает? — спросила