– Леди Милитта сама пришла ко мне, ваша светлость. Она не хотела выходить за вас замуж и предложила инсценировать свою гибель. Я был достаточно разумен, чтобы не потерять голову из-за красоты леди, но не смог отказаться от возможности выбраться из нищеты и обзавестись семьёй. К тому же мне нравилась её дерзость и готовность рисковать всем ради свободы, поэтому я без колебаний согласился на авантюру.
Мы подстроили падение коляски в пропасть, а сами уехали. Правда, тогда я ещё не знал, что Милли заодно собиралась избавиться от сестры, чтобы после смерти отца остаться единственной наследницей. Клянусь, мне это было неведомо, иначе я бы ни за что на такое не согласился.
Виллем побледнел ещё больше, но слушал, не перебивая, и Рейнар продолжил:
– К счастью, леди Илларита выжила, а лорд Пьетро передал титул и власть графу Эдмонду де Сафир, урождённому Арвиду де Монтерей. Когда всё вскрылось, новый граф сослал Милитту в Западное поселение. Разумеется, я поехал вместе с ней. Мы жили там несколько лет, я честно трудился, и граф, видя моё усердие, перевёл меня сюда, в Нов.
Он замолчал, глядя на герцога, и добавил уже тише:
– Я не жалею, ваша светлость, что тогда согласился на предложение леди. У меня есть дети и средства, чтобы они росли в достатке. А Милитта... она приняла своё наказание и старается быть хорошей хозяйкой и доброй матерью моим детям. Иногда, по ночам, я вижу, что она плачет, но мы никогда не говорим о прошлом.
Он помолчал, собираясь с мыслями, и добавил:
– Когда сегодня мы встретились, я понял, что вас сюда привела сама судьба. И не мог не воспользоваться случаем, чтобы не поставить точку в нашем общем прошлом. Это нужно моей жене и, возможно, это было нужно и вам, милорд. Я специально привёл вас в свой дом, ваша светлость, потому что вы должны были, наконец, узнать правду!
Мне известно, сколько пришлось перенести леди Илларите по вашей вине и вине её сестры. Граф запретил специально вас искать, но сегодня всё произошло случайно. А я всегда хотел, чтобы вы узнали правду и наконец поняли, что Илларита не была виновна в том, в чем её обвиняли. Не она замышляла убийство, не она пыталась избавиться от родного человека. Всё было ровно наоборот.
Виллем слушал, и в его душе поднималась такая буря, что он с трудом сдерживался, чтобы не закричать. Он столько времени винил Иллариту в том, чего она не совершала, презирал её, издевался и мечтал уничтожить, а она была совершенно ни при чём!
Милитта же, которую он считал идеалом, оказалась злой, алчной и жестокой, способной на обман и предательство. А Дедея, которую он поднял из грязи, возвысил, дал ей власть и позволил помыкать своей женой, предала его самым подлым образом.