Положение Реджины Кроан было шатким, репутация находилась под постоянной угрозой, и любой намёк на роман с иностранным принцем мог стать той последней каплей, что переполнит чашу терпения короля и двора. Натаниэль чувствовал тяжесть на сердце, но он не злился. Кронпринц убедился на собственном горьком опыте, что сохранить свою репутацию очень трудно. Его собственная слава повесы, бабника и легкомысленного наследника была тому подтверждением. Однако никто и не подозревал, что Натаниэль Дэкаллион сам создал её.
После специального банкета Натаниэль заглянул в покои Сирши. Ему хотелось ясно обозначить границы между ними. Кронпринц не ожидал, что обнаружит в комнате не только фаворитку, но и самого короля. Тот сидел в кресле у камина, расстегнув камзол, и держал Сиршу за руку с собственническим видом. Они о чём-то тихо беседовали. Вернее, Сирша что-то рассказывала, а Илберт слушал, рассеянно поглаживая изящные пальцы девушки.
Кронпринц вспомнил, как на банкете королева побледнела и сжала ладони в кулаки от оскорблений Илберта, оставляя кровавые полумесяцы на коже. Теперь, увидев воркующего короля с Сиршей, кронпринца Натаниэля охватил ещё более сильный порыв, чем в столовой. Ледяная королева очаровательна, но то, что сделало её такой — нет. И кронпринц, глядя на самодовольного короля, который даже не пытался скрыть своего пренебрежения к жене, чувствовал, как внутри закипает холодная, почти неконтролируемая ярость.
В его сознании прозвучал голос Лукаса, его личного секретаря. Он не был простым слугой. Лукас вёл переписку кронпринца, хранил его печать и знал о делах Натаниэля больше, чем кто-либо. Натаниэль слышал этот голос в своём сознании снова и снова, неоднократно убеждавший его не устраивать инциденты:«Ваше Высочество, ради всего святого, не вмешивайтесь в дела короля Илберта и его фаворитки. Империи Элендор не нужна война из-за оскорблённого самолюбия аштарского монарха».
Натаниэля раздражало, что он не может официально встать на защиту чести Реджины Кроан. Слова Лукаса, хоть и он и был правой рукой наследника престола, не могли стать поводком и сдержать кронпринца, как пса. Пока правитель Империи Элендор был прикован к постели, а придворные дела находились в хаосе, Натаниэль Дэкаллион счёл привлекательной идеей поссориться с королём Аштара из-за женщины. Отец, узнав об этом, вероятно, встал бы с постели только для того, чтобы собственноручно выпороть наследника. Несмотря на все последствия, Натаниэль не смог промолчать:
— Ваше Величество, есть кое-что, за что вам следует извиниться.