— Благодарю вас, маркиза Ногаре.
— Ваше Величество, позвольте задать вам вопрос.
— Конечно.
— При дворе говорят, будто вы послали подарок леди Сирше в знак того, что королевская семья едина и что между вами нет разногласий.
— Подарок? — голос королевы прозвучал слишком резко. — Уверяю вас, маркиза, леди Сирша не принадлежит к королевской семье. И у меня не было ни малейшего повода посылать ей что-либо.
Дама покраснела и извинилась, но Реджина не намеренно сказала подобном тоном. Она не жаждала извинений.
— Я не сержусь. Скажите мне, что вы имеет в виду под подарком?
Маркиза Ногаре с опаской произнесла:
— Иностранные аристократы спросили мисс Сиршу, приходится ли ей тяжело из-за королевы. Но она заверила их в том, что вы очень добры и даже подарили ей веер, чтобы поддержать. Аристократы были удивлены вашим жестом, но поверили ей. Разве человек с таким невинным лицом может лгать?
Королева почувствовала головокружение, а её колени стали слабыми. Люди смеялись над ней из-за того, что она присылала подарки любовнице мужа, дабы привлечь его внимание. Гордость Реджины была задета из-за ложных слухов, которые распространились, как лесной пожар. Как бы королева не старалась держать дистанцию от Илберта и Сирши, они выставили её одержимой королём.
— Я никогда не присылала мисс Сирше веер, — голос королевы звучал непреклонно.
Впрочем, она понимала, что этот ответ не мог что-либо изменить. Слухи уже распространились. Реджина стиснула бокал с шампанским, а её рука затряслась. Королеве хотелось вернуться в свои покои и кричать от ярости, что есть силы, пока она не охрипнет. Но она не могла. Королева должна была сохранить своё лицо и жалкие крупицы гордости.
— Мисс Сирша, должно быть, что-то неправильно поняла, — спокойно произнесла королева.
Дамы вокруг захихикали, спрашивая: «Это правда?». Люди склонны отмахиваться от оправданий тех, на кого направлены сплетни. Королева не хотела ввязываться во всё это, но теперь ей придётся обсудить произошедшее с Сиршей. Глубоко вдохнув, она допила шампанское и поставила пустой бокал на поднос, снующего между гостями слуги.
— О, танцы вот-вот начнутся, — маркиза Ногаре нарочито громко рассмеялась.
На подобных масштабных торжествах нельзя было танцевать с одним и тем же партнёрам дважды подряд. Таким образом, каждый гость мог танцевать с несколькими партнёрами, но партнёр для первого танца считался наиболее значимым.
Илберт разговаривал о чём-то с дворянами, пока Сирша звонко смеялась с молодыми дамами. Аристократы начали освобождать центр Большого зала, отходя в сторону. По традиции на празднестве в честь трёхсотлетия правления династии Кроан бал должны были открывать король и королева своим танцем.