Электростанций сразу было выстроено восемь штук: в Чите с двумя четырехмегаватнными генераторами, в Хабаровске с тремя такими же, в Верхнеудинске с одним генератором на шесть мегаватт и во Владивостоке с двумя. Еще одна электростанция была запущена в Благовещенске — самая маленькая, с двумя генераторами по тысяче двести киловатт — и от прочих она отличалась тем, что топливом для нее служил бурый уголь, а на остальных жгли высококачественный уголек из-под Петровского Завода. Еще четыре электростанции, совсем уже «крошечные», с генераторами по шестьсот с небольшим киловатт, заработали на полустанках, возле которых разные заводики и фабрички ранее были выстроены — но они представляли особую гордость забайкальцев так как все оборудование для них было здесь же и изготовлено.

Вот только Николай Павлович особо ими не гордился: генераторы на этих станциях крутили «доработанные» паровые машины, снятые с совсем уже мертвых паровозов, которые даже починить было невозможно. Однако и они тепла давали много, и не использовать это тепло было явной глупостью. То есть глупостью, когда есть и свои чугунные батареи, и на что трубы купить, тоже имеется…

А в поля вышли в большом количестве трактора. По всей республике было запланировано только «казенных» полей вспахать и засеять почти семьсот тысяч гектаров, а еще примерно двести тысяч собирались местные мужики задействовать. И Иван Алексеевич ничуть не сомневался в том, что планы эти будут даже перевыполнены: Николай Павлович распорядился, чтобы тракторные станции и частные поля пахали, правда после подписания с крестьянином договора о том, что он треть урожая отдаст после сбора урожая в оплату за работу тракторов. Понятно, что далеко не все крестьяне согласились, но больше половины сельских жителей республики такие договора заключили: все же трактором пахать быстрее, да и урожаи на полях, трактором вспаханных, получаются повыше. Заметно повыше, так что умеющий считать мужик довольно быстро соображал, что после уплаты зерном ему останется раза в полтора-два больше, чем при использовании собственной лошадиной силы.

К тому же, пока трактор пашет, самому можно и на строке поработать, за деньги поработать: почти в каждой деревне было решено свое зернохранилище выстроить. Правда у Ивана Алексеевича по этому поводу остался без ответа вопрос «а как потом зерно из деревни вывозить» — ну, если эта деревня стояла вдали от железной дороги, однако Николай Павлович сказал, что «об этом путь другие люди заботятся» — а кто конкретно… он все же умел находить людей, которые смогут о чем угодно позаботиться, так что и здесь найдет — если уже не нашел.