— Товарищ Бурят, это что же получается? Вы у американцев паровозы покупаете по сорок четыре тысячи, а с Москвы за них по пятьдесят пять берете? То есть просто грабите товарищей по партии? Я понимаю, что еще две с половиной тысячи вы за сборку забираете, хотя, думаю, это тоже многовато…

— Сборка во Владивостоке входит в цену паровозов. А этих товарищей ограбить — милое дело, они же хотели вообще по сто пятнадцать тысяч за паровоз отдавать.

— Но ведь их обманули! А вы что, тоже решили обмануть?

— Федор Андреевич, это вас они обманули. А мое предложение приняли потому что начали догадываться, что их обман может быть тут же и раскрыт. Так что я деньги эти, как вы говорите, «лишние», просто от воровства спасаю.

— Интересно, и от какого такого воровства вы их спасаете?

— Вам действительно интересно? Тогда вот это почитайте.

— Это что?

— Всего лишь газетки американские. На Алгембу по личному указанию товарища Ленина прошлым годом выдано, причем с запретом отчеты по тратам спрашивать, миллиард золотом. А здесь, в газете американской, расписано, сколько членов ЦК за прошлый год по сколько денег на свои счета в американских банках положили.

— Это вранье! Это буржуазная пропаганда!

— Газетка довольно старая, и поэтому это — да, вранье. Столько денег на указанных счетах было, а теперь почти все они лежат на других счетах, на счетах Забайкальской республики. Правда упомянутые в статье члены ЦК пока об этом не знают…

— Если это правда, то их же… да их расстрелять мало!

— Вот с этим не могу не согласиться: мало, а потому расстреливать их и не буду. Хотя могу — но зачем портить себе удовольствие?

— Какое удовольствие? — удивленно поинтересовался товарищ Артем.

— Удовольствие от созерцания их рож, когда они узнают, что счета их пусты. Правда всяко придется кое-кого пораньше отправить отчитываться за воровство свое перед господом нашим… вот, например, товарищ Ганевский: сейчас золото и драгоценности из Грановитой палаты за рубеж в основном через его посредничество уходят. Золото — да и плевать бы на него, мы и нового намоем, и старое вернем когда-то — а вот императорские драгоценности, что он по цене лома отпускает за границу, суть достояние Империи, и бесценны не столь металлами и каменьями, сколь историей. Так что тут придется немного поспешить.

— И когда вы Ганевского этого…

— Федор Андреевич, я пока сижу тихо и вам того же посоветую. В этом вашем ЦК честных людей всего-то, если вас считать, трое. Прочие же — мало что воры, так еще и предатели. Россию предают ради мелкой корысти.

— Ничего себе мелкой!