Впрочем, овладение языком туземцев ничего нового не дало: как разузнал еще предшественник Джеральда, Советы к восстанию саамов вроде никакого отношения не имели. А имел отношение какой-то швед из Финляндии, мечтающий в возвращении Финляндии выхода к Баренцеву морю. Богатый финно-швед, но глупый: лопари финнов не любили разве самую малость меньше, чем норвежцев и присоединять свою землю к Финляндии не захотели. Да и чего бы им этого хотеть: продавая руду, саамы получали на душу населения денег больше, чем даже не самый бедный финский фермер. Ну, наверное больше: оказывается, туземцы и сами не знали, сколько их. Тем более сейчас не знали: довольно много народу из этого племени перебралось в Руийю из Швеции и из Финляндии. Что же до отношений с Советами, то они были, но не сказать, что особо дружественные. Так, торговали потихоньку: все же хлеб или овощи в Киркинес доставлять из России гораздо ближе и гораздо дешевле, чем откуда-либо еще. Да и рыбу в Россию продавать удобнее — но этим отношения и ограничивались, так что и Гувер, и Рузвельт… впрочем, если досидеть здесь до конца трехлетнего контракта, то потом можно будет до конца жизни вообще не работать и жить припеваючи: кое-какие товары, не вносимые в таможенные декларации рудовозов, обеспечивали кое-какой приварок к зарплате агента Госдепа. Приварок, превышающий эту зарплату на порядок…

Весной тридцать пятого года в СССР была принята новая Конституция. Осеню тридцать четвертого проект Конституции был опубликован в газетах, сформирована специальная Конституционна комиссия, в которую каждый гражданин мог прислать свои замечания и предложения. Предложений поступало очень много, комиссия их рассматривала, сортировала и оправляла на рассмотрение «отфильтрованный поток» в Президиум комиссии. Там все эти предложения отдельно рассматривались, оценивались…

А затем они большей частью отправлялись в мусорную корзину: реально над проектом Конституции работали четыре человека: Андреев, Сталин, Сергеев и Ворошилов. В комнате, где они работали, стоял густой табачный дым и стойкий запах валерьянки: обсуждение было весьма бурным. Но в конечном итоге получился проект, удовлетворяющий всех.

Самые серьезные изменения коснулись Верховного Совета: теперь Совет Союза выбирался из расчета один депутат на два миллиона населения, а в Совет Национальностей избиралось по два (на самом деле по три — третий считался «запасным») депутата от каждой республики. Причем второй законодательной инициативой не обладал, но мог наложить вето на любой законопроект если в Совете считали, что он в чем-то ущемляет права какого-то народа. Впрочем, это вето тоже могло быть преодолено по специальной процедуре…