— А если контролеры вдруг сговорятся…

— Вариант возможен, но все же маловероятен: на должности у нас случайные люди не попадают, а интересы соответствующих ведомств и организаций не совпадают. Они вообще друг другу противоположны. Так что шанс выжить все же имеется…

— Мне кажется, что такой подход не может считаться справедливым.

— А жизнь вообще несправедлива. Зато именно такой подход нацеливает занимающих высшие должности именно к обеспечению справедливости, причем не по отношению к себе любимому, а ко всем.

— А как к этому относится ваша жена?

— Как…Маша сказала, что исполнителю мешать не будет, просто сама застрелится после этого. Она уже даже с сестрой договорилась, что та детей наших потом воспитает… правильно.

— Ну что же… тогда я пойду заниматься стратегией. Но когда ее проработаю, обязательно обсужу ее с вами.

Тридцать восьмой год прошел в напряженном ожидании. Советский Союз тихо и незаметно готовился в предстоящей войне, иностранцы тоже к войне готовились. Очень серьезно готовилась Германия, в начале февраля присоединившая к себе Австрию, а осенью забравшая — при полном согласии прочих «европейских держав» — Чехословакию. А в конце марта тридцать девятого Германия начала войну с Польшей.

Николай Павлович приказал наглухо перекрыть польскую границу и не пропускать не территорию СССР никого. А на очередной протест со стороны Сталина (причем даже не личный, а от имени партии) он ответил просто:

— У нас в Конституции записана свобода вероисповедания, но запрещена деятельность религиозных организаций, чия религия провозглашает неравенство людей или превосходство одной нации над другой, а так же въезд на территорию СССР лиц, таковые религии исповедующих. Католики считают, что все некатолики — дикари, иудеи провозглашают евреев высшее нацией, а из Польши кто к нам перейти может? Католики и иудеи, которых СССР в соответствии с Конституцией в страну допустить не имеет права.

— Но гуманитарные соображения…

— Закон — един для всех, а России на всяких иностранцев вообще плевать. СССР заботится исключительно о своих гражданах.

— Плоховато заботится, пограничники сколько народу, на время выехавшего, обратно в страну не пустили?

— Те, кто исповедует неправильные, антиконституционные религии, праве покинуть СССР в любое время. Зная при этом, что обратной дороги не будет — и мы что, каждого должны уговаривать, а потом ради их блага собственный закон нарушать?

— Но это…

— Это — закон. А поляки пусть сами свои проблемы решают.

— Вы с такой политикой уже дорешались. В Испании республиканцы потерпели поражение…