В самом начале октября между Кузнецовым и Андреевым пробежала кошка. Даже не кошка, а буквально тигр уссурийский: Николай Павлович после обстоятельной беседы с «заместителем» Ивана Алексеевича «по большевистской части» попросту приказал этого заместителя расстрелять. Объяснив это просто:
— Этот ваш заместитель — открытый враг России. Хуже казаков семеновских: те хоть и убивали мужиков с семьями, но убивали тех, кто — по их мнению — врагам служил или их предал. А этот предложил мне всех казаков расстрелять! Просто потому, что они казаками родились! Мы с тобой три тысячи казаков уговорили народ не трогать, домой идти и хозяйством заняться — и они нам поверили, а он всех их расстрелять собрался. Но теперь не расстреляет.
— Казаки против революции…
— Казаки работали, делали, что им приказано. Приказано бунтовщиков усмирять — усмиряли. Будет им приказ за Россию жизнь положить — положат не задумываясь. Ты в одном прав: нужна власть, которая верные приказы отдавать станет. А власть, которая народ тиранить будет — такая власть России не нужна. И заместитель этот твой, людей готовый убивать из-за того, что они не в той семье, где ему хочется, родились, России точно не нужен. Русскому народу нужна правильная русская власть!
— Верно товарищ Ленин говорил: великодержавный русский шовинизм…
— А вы сами-то, товарищ Кузнецов, кто родом-то? Поди русский, то есть, по вашему выходит, шовинист? Я-то точно не шовинист, на лицо мое посмотреть довольно чтобы в этом убедиться. А товарищ ваш этот Ленин идею такую точно не просто так пропагандирует, надо бы к нему присмотреться повнимательнее.
— А в чем он не прав? Царская Россия угнетала угнетенные народы…
— Вы бы, прежде чем глупости говорить, все же подумали сначала. Вот взять меня: дворянин из второй части книги, дед мой дворянином был, причем во вторую часть его записали когда он жену-бурятку привез. Она, между прочим, к императору в гости без церемоний заходила, хотя и родилась в юрте. Кто ее угнетал? Русские солдаты кровью своей оберегали все эти, как вы говорите, угнетенные народы от врагов, и в дела их вообще русские люди не вмешивались. Сколько в столице князей горских бегало? Рядом с русскими князьями они безродными босяками казались — но Россия их привечала как своих же, с Ивана Великого род ведущих. А польские дворяне — в России иной мужик крепостной побогаче их жил — но шляхта эта, не научившаяся еще задницу чисто подтирать, привилегий имела как бы не поболее, чем русское столбовое дворянство. И русский мужик все эти угнетенные народы кормил, одевал и обувал, от себя последнее отрывая. Кто в империи жил хуже русского мужика? Да никто! И рассуждать после этого о русском шовинизме может только тот, кто зла желает России. А вот почему — давайте в этом разбираться. И когда разберемся… мы же уже умеем с врагами разбираться? Не очень, конечно, хорошо еще, но ведь научимся?