— Господа, — начальник лаборатории встал со своего места ровно в час дня, — время обеда. Приятного всем аппетита.

Сотрудники отложили работу и дружно направились за ним к выходу. Ну и я не стал отставать от коллектива, тем более что Лукерья обещала на обед какие-то особенные щи с квашеной капустой по местному рецепту. Накинув доху, я вышел на улицу и потопал к своему дому.

Решив срезать путь, я двинулся мимо здания канцелярии. И, к своему удивлению, увидел на его крыльце Елизавету Фёдоровну. Вместе с ней стоял мужчина лет тридцати, с щегольскими усами и надменным лицом. Кажется, я его уже видел среди приехавших вместе с ней. Ничего вокруг не замечая, они о чём-то горячо спорили, стараясь говорить не слишком громко. Но всё же до меня долетали обрывки фраз.

— … сколько мне повторить? Я не буду подходить к брату с подобной просьбой!

— Елизавета Фёдоровна, разве вам это что-нибудь стоит? Вы отказываете мне в такой малости…

— Нет, нет и ещё раз нет! Просить брата за вашего родственника я не собираюсь ни под каким предлогом!

— Хочу напомнить, что это и ваш будущий родственник. Когда мы поженимся…

— Вы забываетесь, Феликс Николаевич! Помолвка ещё даже не объявлена.

— Государь утвердит её по нашему возвращении в столицу.

— Только если я дам на неё согласие.

— Ах, Елизавета Фёдоровна! Не будьте наивной дурочкой — всё уже согласовано и без вас.

Глаза Елизаветы гневно вспыхнули.

— Я — дурочка⁈

Она вскинула руку, собираясь отвесить ему пощёчину. Мужчина перехватил её запястье и сжал ладонью.

— Отвыкайте думать, — раздражённо прошипел он, — что ваше слово что-то решает.

— Отпустите меня немедленно!

— Когда вы станете моей боярыней…

Если я и собирался проскочить мимо, сделав вид, что ничего не слышу, то после этой сцены ноги сами понесли меня вверх по ступеням на крыльцо.

— Елизавета Фёдоровна, вам нужна помощь?

Захребетник довольно ухмыльнулся и предложил:

«Правильно, Миша, давай, проучи этого хама».

Девушка выдернула руку из хватки отвлёкшегося мужчины и отступила на шаг. Кинула на меня удивлённый взгляд, но в следующий момент узнала и благодарно улыбнулась.

— Подите прочь, — мужчина пренебрежительно махнул в мою сторону. — Вас это не касается.

— Я не с вами разговариваю, сударь.

Мужчина обернулся, оглядел меня с ног до головы и состроил брезгливое выражение лица.

— Пшёл вон, служивый. Или приказать твоему начальнику выпороть тебя на конюшне?

«А я тебе говорил, Миша, — хохотнул Захребетник, — твою доху давно пора выкинуть. Тебя в ней за простолюдина принимают. Как вернёмся в Москву, купим шубу, чтобы сразу видно было важного чиновника».