Едва мы вышли на улицу, как Захребетник поднял взгляд к небу и прищурился.
— Погода портится, будет снежная буря. Похоже, Миша, сама судьба хочет, чтобы мы задержались здесь и разобрались с колдуном.
Глава 19 Шелкопряд
— Доброе утро, Михаил Дмитриевич!
Не дожидаясь приглашения, Бобчинский плюхнулся за мой столик. Уездный исправник был бодр, свеж и лучился оптимизмом.
— Приятного аппетита! Не возражаете, если я составлю вам компанию за завтраком? А то с утра даже маковой росинки во рту не было — сразу к вам помчался со списком. Вот, держите.
Он пододвинул ко мне исчёрканный листок и обернулся, чтобы подозвать официанта. Я не стал отрываться от еды: всё равно имена мне ничего не скажут, и людей надо смотреть вживую. Так что я спокойно закончил завтрак, выпил кофе и только после этого пробежал глазами по списку — два десятка самых обычных имён, в основном женских.
«Женщин сразу вычёркиваем?» — уточнил я мысленно у Захребетника.
«Ты меня вчера чем слушал? — Он послал мне картинку, как закатывает глаза. — Это ведьмы исключительно тётки, а колдун может быть любого пола».
«Понял. Извини, кажется, я не до конца проснулся».
«Давай уже поторапливайся. Где там наш провожатый?»
— Антон Антонович не шможет ш вами поехать, — будто угадав мои мысли, сообщил Бобчинский, доедая ватрушку, — приболел. Так что я буду вашим сопровождающим.
Он допил чай залпом, вытер рот салфеткой и отрапортовал:
— Я готов!
— Тогда едем. Не будем терять время.
Возле гостиницы нас ждал возок, поставленный на полозья, возницей на котором сидел хмурый полицейский. Таким составом мы и отправились в путешествие по городу. Методично объезжали адреса, Бобчинский под какими-то пустяшными предлогами просил позвать нужного нам человека, а мы с Захребетником диагностировали его. Увы, к несчастью, ни один из указанных в списке приехавших в город не подходил на роль колдуна. И хоть одну тётку муж при нас обзывал ведьмой, но ни капли магии в ней не было.
«Без толку это всё, — недовольно ворчал Захребетник. — Умный он, зараза, как-то умудрился спрятаться. Наверняка морок на нашего исправника навёл, чтобы в список не попасть. Заранее подсуетился, чтобы тот про него забыл напрочь».
«И как мы его искать будем?»
«Подумать надо. Есть методы, но сложные и требующие сил».
Захребетник погрузился в мрачное молчание, а я велел Бобчинскому везти меня обратно.
* * *
Едва я вошёл в гостиницу, Захребетник трепыхнулся у меня в груди.
«Стоять!»
Он резко перехватил управление. Остановился на месте и шумно втянул носом воздух.
«Чувствуешь, Миша? Так пахнет тёмное колдовство, причём свежайшее».