— Ты намекаешь: я его боюсь? — рыкнул Скьёрн.

— Я этого не говорил. Это сказал ты.

Сергей не боялся. Рядом стоял Харальд.

— Помню, мы однажды подвесили так одного неразговорчивого керла, — неожиданно подал голос Хаги Маленький. — Хотели разговорить.

И умолк.

— Разговорили? — не выдержал кто-то.

— Нет, — покачал головой Хаги. — Его удар хватил. Как сняли, только мычать мог. Так и помер, мыча.

— Твои слова справедливы, Дерзкий, — сказал Харальд, кладя ладонь на плечо Сергея. — Однако делать по-твоему мы не станем. Ложка слишком велик, чтобы висеть вниз головой. Снимите хузарина и дайте ему как следует отдохнуть. Так будет честно, Варт?

— Да! Но тогда и в глаз стрелять нельзя!

— Почему?

— Сам же сказал, ярл: Скьёрн тебе ещё пригодится.

— Думаешь, твой дружок попадёт ему в глаз, вися вниз головой? — с явным сомнением произнёс Харальд.

Да ладно! Уж Харальд-то точно должен знать, как управляется с луком хузарская элита!

— Машег — из белых хузар, — сказал Сергей. — Готов поставить марку серебром, что он попадёт точно в глаз. Так что лучше этот глаз мы нарисуем. На шлеме Скьёрна.

— Как скажешь, — согласился Харальд. — И заклад твой я тоже принимаю. Марка мне не помешает.

Стоп, а почему он хитро ухмыляется?

Сергей прокрутил ситуацию уже не как отрок Варт, а как князь-воевода, и мигом сообразил: Харальд хочет устроить шоу. Развлечь людей перед будущим непростым боем. И заодно напомнить всем, с каким противником они будут иметь дело, когда доберутся до Самкерца.

Просто и наглядно.

Машег искупался, слегка перекусил, выбрал подходящую стрелу и заявил, что привязывать к ветке его не надо. Сам справится. И продемонстрировал вис вниз головой на согнутых ногах.

Скьёрн не возражал.

Зрители, коих было сотни три как минимум, разместились вокруг полянки и на береговом склоне.

Желающие сделали ставки. В том числе и сами состязающиеся. Каждый поставил на себя. И поставил прилично.

Приготовились: Машег изобразил летучую мышь на отдыхе, Скьёрн, на шлеме которого нарисовали глаз, поднял щит…

— Начали! — скомандовал взявшийся судить Егри.

Сергей рассчитывал, что нурман сразу рванёт к дереву, но тот проявил неожиданную осторожность. На кону были немалые деньги, так что никакого риска.

Держа щит так, чтобы он полностью закрывал голову, Скьёрн двинулся к дереву, глядя себе под ноги. То, что всё от пояса и ниже становилось идеальной мишенью, Скьёрна не смущало. Это же не настоящий бой. У хузарина одна стрела, и стрелять ей надо в лобовую часть шлема. Вот её-то и следует защищать. И глаза заодно. Вдруг хузарин промахнётся и вместо нарисованного попадёт в настоящий глаз.