— Полно вам, Ирина Константиновна. Я неделю наблюдаю…
— У вас удивительно зоркий глаз, — процедила я. Терпение мое подошло к концу, и, кажется, только того Арсеньева и добивалась.
— Провинция учит наблюдательности, неужели вы еще не привыкли? У нас тут все на виду, — многозначительно посмотрев на меня, сказала она. Словно намекая, что ей многое известно, и уж она-то знает, кто и что из себя представляет. — Вот только недавно на обеде у Дубровских об этом говорилось. И вас с тетушкой вспоминали…
Про губернатора — это чтобы повысить свою значимость в глазах бедной девушки, которой на подобный обед никогда не попасть. Минуточку! Что?
— Как же я смогла привлечь к своей персоне внимание таких важных людей?
— Мы добрым словом помянули Ариадну Пантелеевну, и как-то разговор зашел о вашей ситуации… — обтекаемо ответила Елизавета Михайловна, отчего я сразу поняла, кто был инициатором, и вряд ли Гавриловой досталось то самое доброе слово. — Да вы не переживайте. Там были гости поинтереснее, про вас быстро забыли. Даже тот случай не обсуждали…
Еще немного, и у меня дернется глаз.
Надо все-таки прижать к стенке Дуню, да выспросить, что ж там за казус такой был.
Арсеньева точила об меня свои коготки, потому как в ее разумении ответить я не смогла бы, прежняя Ирина так точно. А если и нашлась бы претензия, так Елизавета Михайловна непременно бы вывернулась, что ее не так поняли.
— Вот, кстати, князь Белозерский тоже присутствовал… — зырк на меня глазами.
Присутствовал? А мне сказал, что только на службе с губернатором встречался. Что за секреты?
Троекурова, которая, похоже, перевела дух, пока мы с Арсеньевой беседовали, постаралась переменить тему:
— Да нынче уже и сам Белозерский не новость, после сегодняшнего-то…
— А что случилось? — я с радостью поддержала ее начинание.
— Как? Разве вы еще не слыхали? У Чернышовой сегодня был переполох. К ней залезли. Слава богу, дома никого не было. Но это же надо посреди дня не побоялись! И ведь как знали, когда только сторож в доме. Да он ненадолго отлучился… Ирина Константиновна, что-то вы побледнели…
Глава 38.1
— Как это произошло? — от волнения я даже осипла.
— Пока подробности неизвестны, там сейчас кишат полицейские. Но это неслыханно! Белым днем! Такого еще не было! Куда катится этот мир… — сокрушалась Арсеньева, но было заметно, что более самого преступления ее беспокоила собственная неосведомленность.
— Но никто не пострадал? — продолжила я допрос.
— Госпожа Чернышова была с нами в церкви, когда это произошло, — покачала головой Троекурова. — Она обо всем узнала, лишь вернувшись. К сожалению, мы никак не могли ее поддержать, визит сейчас будет неуместен.