— Если Григория Ивановича, то я бы не была уверена, что он не прописывает его всем для успокоения нервов, — фыркнула я пренебрежительно.
Я отдавала себе отчет, что, скорее всего, несправедлива к Снегиреву, но поделать с собой ничего не могла.
— Вы просто не можете ему простить, что он не вник в вашу ситуацию.
— Опустим это. Хотя я вам от души советую искать более компетентного специалиста, — не сдалась я. — Так что дальше?
— А дальше… Дело в том, что средством пользуется в основном госпиталь, но у них свои запасы, а среди горожан оно непопулярно, и оттого господин Краузе у себя большого количества не держит. Довольно долго никто не приобретал его, зато совсем недавно пришлось продать последнее. Помнит об этом Отто Вильгельмович, потому что ему пришлось озаботиться заказом пополнения, а в зиму это составляет известные трудности. Попробуйте еще вот это, — Белозерский придвинул ко мне блюдо.
— Александр Павлович! — возмутилась я.
— Не могу устоять, вы так ослепительны в своем желании меня ужалить… Так вот, на чем я остановился? — изобразив провалы в памяти, продолжил трепать мои нервы князь, но мой свирепый взгляд охладил его желание распалить мое нетерпение. — Так вот, лекарство было куплено для госпожи Чернышовой, которую в последнее время одолевает бессонница. Купила молодая особа, по описанию похожая на госпожу Самсонову.
Я задумалась:
— В день смерти Гавриловой Лариса была у нас. По ее словам, как раз заглянула после того, как ездила по делам Чернышовой. Могу предположить, что она и аптеку посещала. К сожалению, я недостаточно внимательна, чтобы помнить, страдает ли Чернышова бессонницей на самом деле, но, допустим, что так. И даже с некоторыми отступлениями можно поверить, что Лариса обронила лекарство. Вопрос в другом: почему она была пуста?
Глава 36.1
— Вы же и сами все прекрасно понимаете, Ирина Константиновна.
— Не все. Пока обстоятельства выглядят, будто Самсонова подсыпала Гавриловой порошок. Но неизвестно, умышленно, из благих побуждений или всего лишь для того, чтобы старуха уснула и не мешала Ларисе искать фотокарточку. Кстати, пока никаких доказательств того, что именно она понадобилась Самсоновой, нет. Это может быть правдой, а может — полетом моей фантазии. А вот в том, что она хотела найти обертку, сомнений не осталось. Пока я не вижу мотива, — вздохнула я. — Ну не было у Ларисы повода избавляться от Ариадны Пантелеевны.
— Оправдываете приятельницу? — Белозерский сверлил меня взглядом.
— Я уже говорила вам, что особой симпатии к ней не испытываю, даже скорее наоборот. К тому же, не верить фактам глупо. Но вот было ли это убийство или причинение смерти по неосторожности? Лариса ли задумала это дело? И как решилась на него? Это ведь не муху раздавить. Чтобы перейти от слов к делу, нужно или натуру иметь соответствующую, а я прежде за ней ничего подобного не замечала, или быть в ситуации, не оставляющей иного выхода…