Я задержался у стола ещё на несколько секунд, потом вышел на площадь вместе с женщиной, тащившей за руку сонного мальчика.
До встречи оставался почти час. Можно было вернуться в общежитие, но тогда пришлось бы объяснять соседям, почему милиция отпустила и когда заберёт снова. Я пошёл к Садовой.
Город был ещё чужим, хотя ноги иногда выбирали поворот раньше меня. У газетного киоска я сам не заметил, как замедлил шаг. На трамвайной остановке встал точно там, где через минуту открылись задние двери. Тело прежнего Громова знало эти улицы лучше, чем я.
У афишной тумбы стоял мужчина лет тридцати пяти и читал объявления о цирке. Когда я прошёл мимо, он поднял глаза. Не вслед — прямо на меня.
Через квартал я остановился у витрины обувного магазина. В отражении мужчина показался на другой стороне улицы, но между нами сразу прошёл троллейбус.
Возможно, он просто шёл туда же.
Я перешёл дорогу. У следующего перекрёстка его не увидел.
На углу Кирова висела выцветшая вывеска: «Пивная „Ветерок“».
До назначенного часа оставалось четыре минуты.
Глава 3. Рынок
Пивная на Садовой называлась «Ветерок» — видимо, в насмешку: форточка была забита гвоздём, дверь открывали только для посетителей, и в зале стоял тяжёлый тёплый воздух. Коля сидел у стены; перед ним были кружка и раскрытый спичечный коробок. Он вынимал спички по одной, ломал об ноготь и складывал обломки кучкой.
— Садись. Только недолго, меня ждут.
Я сел напротив.
— Мне нужна работа. С оформлением.
Коля продолжал ломать спички.
— Какая работа?
— Любая. Чтобы в трудовую записали. Справка нужна к пятнице.
— Ты же говорил, с участковым сам разберёшься.
— Не разобрался. Сорокин дал три дня.
Коля отложил обломок, посмотрел на дверь, потом на меня.
— За тунеядство?
— Пока предупреждение. В пятницу приду без справки — будет дальше оформлять.
— Понятно.
Он взял кружку, подержал в руке и поставил обратно.
— На восьмой промтоварной есть Белов. Виктор Семёнович. Скажешь, от меня.
Виктор Семёнович. Значит, тот самый Витя из книжки.
— Он меня возьмёт?
— Андрей, я тебе адрес даю, не приказ о назначении. Придёшь, поговоришь. Если ему человек нужен и ты там не начнёшь умничать, может взять.
— Что у него за работа?
— Склады. Бумаги. Они там всё время кого-то ищут, потому что у них то один заболел, то другой с комиссией поругался. Подробностей я не знаю и знать не хочу.
Он сгрёб сломанные спички в коробок, но крышку не закрыл.
— До четырёх доберись. После четырёх он может уйти на склады, и будешь бегать за ним до завтра.
— Если устроюсь, десять рублей.
Коля сразу поднял глаза.