— Сейчас. Перезвоню через десять минут.
Миша тяжело выдохнул.
— Хорошо. Только не уходите от автомата. Если я его найду, надо будет сразу передать время и адрес.
Он положил трубку.
За мной уже стоял мужчина в кепке. Я вышел из будки, но остался рядом. Мужчина набрал номер, коротко сообщил, что вышел, выслушал ответ и повесил трубку.
— Вы ещё звонить будете?
— Через десять минут.
— Тогда две копейки разменяете?
Я дал ему монету. Он убрал её в карман и пошёл к остановке, не дожидаясь сдачи.
Через десять минут я позвонил снова. Миша взял трубку сразу, словно всё это время сидел возле аппарата.
— Карена нашёл. Завтра до девяти он свободен. Машина — белый «Москвич»-универсал, заднее сиденье складывается. Он говорит, если у вас не холодильники и не пианино, восемь коробок должны войти. Но сначала хочет увидеть вас, понять, куда ехать и во что его втягивают.
— Пусть сегодня подъедет к общежитию. Договоримся на месте.
— Он просит двенадцать рублей и бензин. Это если просто отвезти. Если придётся ждать, грузить или ехать в несколько мест, цена будет другая.
— Согласен.
Миша попрощался и положил трубку.
Я вышел из будки.
Подошёл трамвай. Я убрал квиток во внутренний карман и поднялся на площадку, придерживая забинтованную руку другой ладонью.
До шести двадцати оставалось семь часов.
Глава 15. Одна коробка
Возле общежития было пусто. За стеклом вахты горела лампа. Я уже поднялся на крыльцо, когда у тротуара притормозило такси — салатовая «Волга» с шашечками на двери.
Сначала из задней двери показалась туфля, потом Лена. На ней было тёмное платье и лёгкое пальто, наброшенное на плечи. Она выбралась не сразу, держась за дверцу.
В машине осталась Нина, светловолосая девушка с большой диванной подушкой в прозрачном чехле на коленях. Она опустила стекло.
— Завтра заберу!
— Что именно? — спросила Лена.
Нина подняла подушку обеими руками. Обе засмеялись. Водитель посмотрел на них в зеркало и постучал пальцами по рулю. Лена захлопнула дверь. Такси тронулось. Она увидела меня у входа и остановилась.
— Андрюша? Ты чего здесь?
Раньше она звала меня по фамилии. Сейчас сказала и сама, кажется, не заметила.
— Домой пришёл.
— В половине первого?
— Ты тоже.
От неё пахло холодом, духами и вином. «Андрюша» прозвучало легко; потом Лена будто услышала себя и плотнее запахнула пальто.
— Половина первого.
Лена протянула пропуск.
— Мы видим.
Галина Петровна посмотрела на неё, потом на меня, открыла журнал и подвинула ручку. Лена расписалась. Последняя буква вылезла за клетку. На второй площадке она остановилась, сняла сначала одну туфлю, потом другую и взяла обе за ремешки.