— Мне нужны три.

— Я знаю.

— Я уже людям сказал.

Буфетчица поставила стаканы. Петя дождался, пока она отойдёт, и наклонился ближе.

— Славка деньги даст. Витька тоже, у него отец согласился. А Светке я обещал к концу месяца. У неё соседка польские привезла, теперь к ним каждый вечер кто-нибудь ходит смотреть. Светка говорит, что ей всё равно, но это она мне говорит. Соседке она ничего такого не говорит.

Он говорил всё быстрее, потом заметил, что за соседним столом сидят студенты, и снизил голос.

— Мне хотя бы одну для неё. Остальные, если не подойдут, я возьму позже. Только её размер не отдавай Аркадию.

— Я пока не знаю её размер.

— Завтра узнаю. Брюки принесу, хочешь?

— Принеси брюки и линейку. На базе после работы перемерим.

Петя немного успокоился. Придвинул лист ко мне.

— Тогда договорились?

— Договорились так, Петя: ты даёшь пятьдесят. Я держу для тебя до трёх пар, но только если размеры подходят. Подходит одна — берёшь одну, остальное возвращаю. Ни одна — возвращаю всё.

— А нельзя просто взять близкий размер? Светка худенькая, ей можно ремень…

— Нельзя. Она примерит и поймёт, что ты принёс первое, что дали.

Петя замолчал. Покрутил стакан за подстаканник.

— Весной я ей магнитофон обещал. Валера попросил сто восемьдесят, у меня было девяносто. Я потом две недели объяснял, что магнитофон оказался плохой. Она слушала и ни разу не спросила, где он. Лучше бы спросила.

Теперь он говорил медленнее. Пальцы перестали бегать по краю стакана. Он смотрел в чай и ждал, что я отвечу.

— Поэтому не обещай ей размер, которого мы ещё не видели, — сказал я.

— Я уже обещал джинсы.

— Тогда завтра принеси брюки. Это сейчас можно сделать.

Он кивнул, расстегнул портфель и вынул белый носовой платок, сложенный квадратом. Внутри лежали десятки и пятёрки.

— Здесь пятьдесят. Сорок мои, десять занял у Славки. Он думает, что на магнитофон.

— Почему не сказал про джинсы?

— Тогда он попросит себе выбрать первым. И будет ходить со мной на каждую встречу.

Я пересчитал деньги, но не убрал.

— До среды никому не называешь, у кого товар, где встреча и сколько пар всего. Славке тоже.

— Он спросит, куда делись деньги.

— Скажи, что отдал аванс. Без фамилий.

— Он решит, что я связался непонятно с кем.

— Так и есть. Поэтому без фамилий.

Петя посмотрел на меня, потом молча закрыл портфель.

— И друзей на передачу не приводишь, — добавил я. — Ни посмотреть, ни помочь нести.

— Я не собирался.

— Хорошо.

Он подвинул платок ближе. Я убрал пятьдесят во внутренний карман отдельно от шестидесяти Аркадия. Теперь было ровно сто десять рублей — вся сумма за пять пар. Своих среди них не было. Петя снова взял лист.