— Мужчина в коричневой куртке ваш?

— Нет.

— Серый фургон?

— Не мой.

Ответы прозвучали сразу. Я не понял, правдивые они или Гена просто заранее решил, что на эти два вопроса можно ответить.

— Тогда кто звонил в общежитие?

— Не знаю. И узнавать бесплатно не буду.

— Если уйду на другой рынок?

Гена докурил папиросу, бросил окурок в воду у стока и раздавил носком.

— Уходи. Только Аркадию товар здесь не приносишь. И Лёшу сюда не тянешь. На другом месте договоришься с тем, кто там стоит.

Он говорил только про этот рынок. Здесь стоял Аркадий, сюда приходил Лёша, и отсюда уже ушли пять пар.

— Мне нужно подумать.

— До пятницы.

— Сегодня суббота.

— Значит, шесть дней.

За углом снова пошла вода. Гена повернул голову. Через секунду шланг закрыли.

— За уже проданные пять ничего?

— Ничего. Следующие — десять процентов. Если следующей партии нет, в пятницу так и скажешь Аркадию. Он передаст.

— А люди, которые ходят за мной?

— Пока нового товара нет, им тоже нечего считать. Не давай им повод.

Гена оттолкнулся от стены.

— Всё.

Он ушёл к рынку. Молодые у яблочного ящика постояли ещё немного и разошлись в разные стороны.

Я записал в книжке: «Гена. До пятницы. 10% с продажи следующей партии». Бумага отсырела от пальцев, и цифра ноль получилась толще остальных.

Гена решал вопрос с хвостом. Следующую партию ещё предстояло найти.

Вечером Коля постучал костяшкой по косяку. В руке у него была газета, сложенная узкой полосой. Первым делом он посмотрел в сторону кухни.

— Петрович дома?

— На кухне.

— Закрой дверь, только не на ключ пока.

Он вошёл, не снимая кепки, и развернул газету на краю стола. Внутри лежал вырванный лист железнодорожного расписания. Две строки были подчёркнуты карандашом.

— Есть человек на горьковском направлении.

— Кто?

— Посредник. Сам товар не везёт, договаривается с проводником.

Коля прижал лист пальцем, потому что бумага сворачивалась обратно.

— Что можно привезти?

— Джинсы, куртки, пластинки. Список дадут, когда место будет закреплено.

— Сейчас у тебя только расписание.

— Сейчас у меня время поезда и человек на вокзале. Лёша тебе больше не даёт, это я уже знаю. Другого хода рядом нет.

Он говорил быстрее, чем в «Ветерке». После каждой фразы прислушивался к коридору, и следующая начиналась раньше, чем я успевал задать вопрос.

— Сколько рук до товара?

— Пока три. Я, человек на вокзале и проводник. Дальше либо проводник отдаст сам, либо пришлёт вместо себя кого-нибудь. Тогда будет четыре.

— То есть три.

— Да. Я тебе не говорю, что одна.

— Срок?

— До трёх недель. Может, раньше назовут поезд.

— Сколько нужно?