Постепенно громовая поступь стихала, как и звон. Земля под Рахель все ещё дрожала каждый раз, когда нога обрушивалась на газон, оставляя в траве широкие и круглые вмятины, мелкие камешки сыпались сверху на её чешую, однако гигант отдалился от горы настолько, что стал обозримым целиком, и у Рахель отвисла челюсть, а язык сам по себе вывалился и затрепетал, ощупывая воздух.
Сверху весь панцирь покрывали гигантские наросты, подобные сталактитам. И были эти сталактиты неприродного происхождения — слишком ровные, слишком симметрично они стояли, слишком одинаковые. Между ними росли растения, трава, и даже небольшие деревья, как у них в Горе!!! Их скопище окружала прозрачная слюдяная стена, Рахель вспомнила острый осколок, отшлифованный водой и множеством ладоней, и слово с таблички — СТЕКЛО. В каждом сталактите были дырочки, закрытые тем же стеклом. Это походило на муравейник, и даже больше! Кажется, это был настоящий город, как у них в общине, только не внутренний, а внешний, если такие бывают. Значит, они не одиноки, а наверху остались другие дра? Вот это счастье! Вот это радость! Иные общины давным давно вышли наружу, и живут под этим бескрайним небом, впрочем, совершенно не голубым, а серым.
— Магия древних! — воскликнула Рахель.
Ветер дунул с той стороны, куда удалялась степная черепаха, переставляющая гигантские лапы с неутомимостью и тупым усердием скалобитного механизма, он принёс запахи, но не те, которых Рахель ожидала. Там не пахло серой и плавленным металлом, как дома, не пахло рингом с его потом, слюной и кровью, зато безошибочно и густо пахло хумусом. Этот запах был не таким насыщенным, как в общинном загоне, словно они меньше гадили, однако узнаваемым.
— С-слава Змее-Праматери, у них есть с-скот! — воскликнула Рахель.
А раз они держат скот, она сможет выменять самочку! У неё есть металлические кольца на хвосте, Рахель не из бедной семьи, в крайнем случае отдаст ритуальную маску матери, которую по важным дням носила ещё бабка. Это папина маска была новой, недавно отлитой, а что с прежней случилось — он никогда не рассказывал. Впрочем, ма не обидится, наверное, уже переживает за свою чешуйку.
Так вот, Рахель догонит черепаху, попадёт в этот странный наружный город, представится главе их рода со всем почтением, если надо — на ринге выступит против ихних дочек, будет достойной дра, лица Горы не уронит. И объяснит, что в общине выродился скот, ей сразу дадут хуму в обмен на кольца.
Она вскочила и пустилась бегом вслед за чудовищным гигантом, прирученным магией древних дра.