Я выпрямилась над ним и смотрела, как слезы застилают эти красные щеки.
— Ты будешь ужасно страдать перед смертью, Хью. Но ты сдохнешь. Ты и все твои друзья с татуировками лисиц.
Я спустилась ниже и отыскала блеклую синюю татуировку на бедре. Альфи поспешно выскочил из комнаты. Нож въелся в плоть. Я резала, пока полностью не отделила рисунок от ноги. Кожа осталась в моей руке, а он завыл. Я с силой протолкнула окровавленный лоскут между его губ и зажала рот, когда его скрутил рвотный позыв. Глаза выкатывались из орбит, желудок содрогался снова и снова.
— Глотай, — процедила я сквозь зубы. — То отвращение, что ты чувствуешь сейчас, я испытывала при каждом твоем прикосновении. Каждый раз, когда ты пускал мне кровь ради забавы над моими слезами. Вот что я чувствовала из-за тебя.
Свободной рукой я зажала ему нос. Лицо Хью начало синеть. Наконец, его горло судорожно дернулось в отчаянном глотке.
— Хороший мальчик.
Я улыбнулась и похлопала его по щеке, пока он жадно ловил ртом воздух.
— Ты больная сука, — прошептал он.
— Да, я такая. И ты стал одним из тех, кто меня создал. Какая идеальная карма. А теперь пора переместиться на кухню. Нам нужно кое-что приготовить.
Петрос стоял у дверей. Он заметно побледнел, но оставался на месте для моей поддержки.
Как и всегда.
Глава 37
Петрос
ㅤㅤㅤㅤㅤ
Харриет суетилась на кухне, тихо напевая себе под нос. Я наблюдал за ней, оцепенев от изумления, пока она терла сыр.
Альфи ушел в гостиную с телефоном и компьютером Хью, чтобы начать поиски остальных в сети. Он видел гораздо меньше из мести Харриет, чем я, но происходящее испытывало на прочность даже мои границы.
Она подцепила щепотку тертого сыра и протянула мне.
— Не могу, — выдавил я, чувствуя, как желудок скручивается в узел.
Пожав плечами, она отправила сыр в рот. Хью сидел привязанным к деревянному стулу у обеденного стола, его лицо приобрело землисто-серый оттенок.
Да уж, прямо сейчас он наверняка испытывал глубочайшее сожаление о содеянном.
Харриет копалась в его шкафу. Она просияла, когда извлекла на свет кухонный комбайн. Прибор все еще лежал в заводской пластиковой упаковке. Им ни разу не пользовались.
— Надо же, какая удача, ты словно купил его специально для меня. Хорошая модель, лезвия очень острые.
Из угла донесся тихий стон Хью.
Она подскочила к большому двухдверному холодильнику, распахнула дверцу и достала контейнер с мясом. Миски с нарезанным луком и чесноком, зеленью и специями уже загромождали столешницу. Рядом стояла ее верная жестянка из под горчицы, в которой хранился яд.
— Всего пара секунд в блендере, и замороженные кубики превратятся в отличный фарш.