— Мне срочно нужен ключ от старого кабинета моего отца, и буквально пара часов свободного времени внутри.
Это было слишком весомой и наглой просьбой по отношению к пожилому преданному другу. Его внимательный взгляд принялся испуганно метаться между Харриет, которая продолжала смотреть на него с таким видом, словно была готова зарезать старика на месте за один только неправильный вздох, и массивной фигурой Петроса, грозно возвышавшейся прямо за моей спиной. Мои спутники уж точно ни капли не походили на тех привычных богатеньких сынков из трастовых фондов или лощеных мафиози, с которыми я обычно водил дружбу.
— Поклянись мне, что ты обязательно вернешься назад, — голос Гривза заметно задрожал от подступивших к горлу сильных эмоций. — Просто пообещай мне это, мальчик.
— Я обещаю тебе.
— Ты, — внезапно произнес Гривз, резко поворачиваясь лицом к Харриет. — Дай мне свое слово. Пообещай мне прямо сейчас, что ты вернешь его обратно в целости и сохранности в самое ближайшее время.
Харриет выглядела искренне удивленной и ошарашенной тем фактом, что к ней посмел напрямую обратиться старый дворецкий, по-прежнему сжимающий в руках охотничий дробовик. Я был практически на сто процентов уверен, что она ответит ему резким и грубым отказом, но в глубине ее холодных глаз на мгновение промелькнула заметная тень мягкости.
— Я обещаю.
Гривз пристально разглядывал нас еще в течение долгой напряженной минуты, после чего его губы сжались в одну тонкую ровную линию.
— Ждите здесь, я сейчас вернусь вместе с ключом.
Глава 30
Харриет
ㅤㅤㅤㅤ
Мы упрямо продолжали свой путь по направлению к заветному кабинету, методично минуя одну просторную комнату за другой. Завернув возле самого верха очередной массивной лестницы, мы внезапно оказались в открытом бальном пространстве с величественными сводчатыми потолками. По всей площади этого зала роскошные дорогие диваны гармонично перемежались со старинными антикварными столиками. Один конкретный стол особенно сильно выделялся на общем фоне — его изящные изогнутые края были искусно инкрустированы переливающимся перламутром.
Внезапная резкая волна удушающей тошноты мгновенно захлестнула все мое существо. Я замерла на месте, словно намертво приросшая к деревянному полу, пока этот проклятый предмет мебели безжалостно швырял мое сознание прямиком в бушующий водоворот невыносимой ментальной боли.
Ведь именно к этому самому столу те твари когда-то силой прижали мое беззащитное тело. Сразу после того, как Альфи подло использовал меня в своих целях и трусливо убрался восвояси, не проявив ни малейшей заботы о моем состоянии. Мои бедра судорожно и болезненно напряглись от одного только этого мимолетного воспоминания о чужих грубых руках, безжалостно разводящих мои ноги как можно шире, и о прохладе декоративной столешницы, соприкасавшейся с кожей под аккомпанемент моих горьких, скользких слез. В ушах отчетливо зазвучали собственные отчаянные мольбы о том, чтобы они наконец прекратили это издевательство. Чтобы просто отпустили меня на свободу.