— Видишь ли, какая штука... Я в любом случае не могу позволить тебе уйти отсюда живым, вне зависимости от того, получу я твое чистосердечное признание или нет. Ты обязан был стать надежной опорой и безопасной гаванью для беззащитного подростка. Местом, которое эта девочка наконец смогла бы с гордостью назвать своим родным домом...
Вестли бесцеремонно прервал ее речь целой лавиной отборных, грязных ругательств, после чего в исступлении проорал:
— Да я обеспечил эту неблагодарную тварь абсолютно всем необходимым. Подарил ей крышу над головой. Принял в собственную семью. Оплачивал самое элитное и дорогое обучение.
— Ты не дал ей самого главного, в чем она так отчаянно нуждалась — безопасности и искреннего доверия. Места, где бы она могла почувствовать себя нужной и защищенной.
Харриет решительно шагнула вплотную к висящему телу и точным, быстрым движением острого лезвия срезала все пуговицы с его рубашки, обнажая дряблую кожу мужчин от ремня брюк до шеи. Его пальцы судорожно вцепились в стройные ноги девушки, он пытался колотить ее и нарушить равновесие, но она устояла на ногах, словно вкопанная. Даже не вздрогнув от его ударов, Харриет с силой, по самую рукоять, вонзила лезвие ножа в плоть чуть выше его паха. Мужчина в тот же миг зашелся в запредельном, истошном вопле нечеловеческой муки.
— И я сделаю так, чтобы ты больше никогда в своей жизни не посмел сотворить подобное ни с одним человеком.
Мускулы на ее обнаженной руке напряглись и отчетливо вздулись, когда она с силой потянула нож вертикально вниз, одним плавным движением распарывая плотный живот Вестли. От его оглушительных, хриплых криков агонии по всему моему телу пробежала крупная, неприятная дрожь, пока я завороженно продолжал наблюдать за реакцией собравшейся толпы. На лице Харриет застыло выражение абсолютной, непоколебимой решимости. Вся ее правая рука в один миг оказалась залита густой, ярко-алой жидкостью. Кровь мощным, пульсирующим потоком брызнула во все стороны, словно какой-то извращенный, гротескный фонтан. Резкий, тяжелый металлический запах меди мгновенно заполнил все окружающее пространство. Петрос продолжал стоять неподалеку со своим привычным, абсолютно каменным лицом. Либо этот громила обладал просто феноменальным умением держать себя в руках, либо ему уже далеко не в первый раз доводилось наблюдать за тем, как Харриет хладнокровно выпускает мужчинам кишки наружу. Подруга Харриет поспешно развернулась и крепко прижала испуганную Ив к своей груди, пытаясь скрыть от ее взора это кровавое месиво. Но девочка, несмотря ни на что, продолжала сквозь пелену горьких слез завороженно наблюдать за тем, как острое лезвие безжалостно кромсает живую плоть ее мучителя.