— Не дай ему уйти, — едва слышно прошептала я, чувствуя, как исходящее от груди Петроса тепло порождает во мне целую бурю противоречивых чувств.
Желание.
Вина.
Стыд .
Темные глаза Петроса медленно скользнули по моему лицу, но выражение его оставалось привычно бесстрастным.
Спустя всего мгновение Альфи резко развернулся на пятках и растворился в хмельной суете паба.
Проклятье .
Петрос неторопливо отстранился, позволяя холодному ночному воздуху мгновенно заполнить образовавшуюся между нами пустоту.
— Как ему, черт возьми, всегда удается быть настолько непредсказуемым? — процедила я сквозь зубы.
— Либо это чистой воды везение, либо у этого ублюдка есть свой ангел-хранитель. Мы можем повторить попытку в другую ночь.
— Нет, — это слово вырвалось из моей груди яростным, резким выдохом. — Я иду внутрь.
— Харриет…
Петрос прекрасно знал, что я всегда поступаю исключительно по-своему, и у него оставался выбор последовать за мной или остаться на улице. Как и всегда, его тяжелые шаги эхом раздались за моей спиной, когда я решительно направилась к дверям.
В баре было не пропихнуться от пьяных, захлебывающихся весельем людей. Множество тел плавно покачивалось в такт песне, которую исполняла певица на сцене, пока остальные вовсю флиртовали, отчаянно надеясь не возвращаться сегодня домой в одиночестве.
Куда, к чертям собачьим, делся Альфи?
Я принялась лихорадочно сканировать помещение в поисках его приметной копны темных волос, и внутри меня тугой струной натянулось болезненное напряжение.
— Вон там, — отозвался Петрос, слегка кивнув головой в сторону самого дальнего конца барной стойки, прямо за группой парней в зеленых футбольных майках.
И правда, он был именно там.
Снова взялся за свои привычные штучки — вовсю строил глазки рыжеволосой певице, которая прямо-таки таяла от его повышенного внимания. Эта наивная дурочка даже не представляла, какой никчемный, испорченный папиными деньгами придурок находится перед ней.
Избалованный.
Гнилой до мозга костей.
Мое давление, казалось, повышалось с каждой минутой, пока я была вынуждена бездействовать и покорно ждать, когда Альфи соизволит уйти. Я незаметно вытащила телефон и через камеру сделала снимок со спины, пока он пожирал глазами вокалистку, после чего поспешно спрятала мобильный обратно в карман.
— Ты не можешь просто стоять здесь и мысленно вонзать кинжалы в затылок этого парня, — Петрос вложил в мои пальцы стеклянный бокал, на который я даже не удостоила взгляда. Он прекрасно знал, что я никогда в жизни не стану пить в подобном заведении.
Один-единственный глоток когда-то уже разрушил всю мою жизнь.