боковых тоннелей, я осталась в главном зале. Мы закрыли глаза, сосредоточились на
нити между нами, усиленной тихим гулом камней.
Сначала — ничего. Потом — смутное ощущение его присутствия, как теплое пятно в
темноте. Я попыталась «толкнуть» мысль: «Слышишь?»
Ответ пришёл не сразу, и это был не голос. Это было чувство: «Да. Тихо. Слышу твоё
дыхание.» Он слышал моё дыхание из другого конца пещеры! Чем дальше – тем
интереснее!
Мы тренировались так несколько часов.
Научились передавать простые эмоции, ощущения (я послала ему ощущение голода, и он
фыркнул в ответ). Настоящий разговор пока не получался, но это уже было невероятно.
А потом мы перешли к следующему. К контролю. Я попыталась вызвать не просто чешую, а
тот самый зелёный огонь, который у меня никак не получался. Дэмиан стоял напротив,
его присутствие через связь было якорем.
— Не думай об огне, — сказал он, его голос звучал и в ушах, и в голове одновременно.
— Думай о жизни. О росте. О ярости лозы, что ломает камень. Твоя сила не для
разрушения. Она для… упрямого созидания. Отлично тебе подходит…
Я немного смутилась и закрыла глаза, представила не взрыв, а напор. Зелёную,
неостановимую волну жизни. И на ладони вспыхнуло не пламя, а… сияние. Тёплое,
пульсирующее, как сердцебиение леса. Оно не жгло. Оно питало. Я направила его на
увядший мох у стены — и тот за несколько секунд позеленел, расправился.
— Вот видишь, — сказал Дэмиан, и в его «голосе» в голове прозвучало одобрение. — Ты
не можешь жечь. Но можешь оживлять. Или… — он сделал паузу. — Отнимать жизнь.
Мысль была жуткой. Но логичной. Если я могу давать силу роста… значит, могу и
обратить её вспять. Сделать это оружием. Прямо как дементор, у-у-у, эти вайбы. Я
похихикала про себя, вспоминая о мальчике, который выжил, а потом задал такую трепку
тому, о ком нельзя говорить, но… сейчас у нас своих проблем навалом, так что всякие
мальчики прочь!
Дэмиан тренировался со своим пламенем, стараясь сделать его не просто разрушительным
взрывом, а сфокусированным лучом, точным, как игла. Связь помогала: я чувствовала,
куда он направляет энергию, и могла слегка «подправить», стабилизировать её своим
спокойствием. Его луч пламени стал ярче, горячее, но при этом более стабильным.
К вечеру мы, измождённые, но воодушевлённые, сидели у костра, доедая последние
припасы.
— Завтра, — сказал Дэмиан, глядя на карту логова Холодной Стали, которую он набросал
по памяти. — Мы идём туда. Не все. Карр, ты останешься здесь с Альдриком.
Наблюдательный пункт и тыл.
— Генерал! — начал протестовать Карр.
— Это приказ, — отрезал Дэмиан, но без привычной резкости. — Если мы не вернёмся,