он рассыплется в порошок.
— У вас получилось! — прошептал Альдрик, и в его голосе прозвучала гордость. — Аспект
чешуи! Защитный! Это начало!
Я смотрела на свою руку, заворожённая и напуганная. Это было реально. Магия. Во мне.
Вернее, в нём. В Леоне.
— А как… убрать? — спросила я, потому что чесаться не переставало.
— Расслабьтесь. Представьте, что сила утекает обратно в центр.
Я попыталась. Чешуя поблёкла и исчезла. Рука снова стала обычной. Ну, как обычной —
большой, мужской и сильной.
— Отлично! — Альдрик похлопал в ладоши. — Теперь пробуйте вызывать на обеих руках. И,
возможно, на предплечьях…
Урок продолжался. К концу я научилась покрывать чешуёй руки до локтей. Это отнимало
дикое количество сил. Я вышла из грота, чувствуя себя так, будто пробежала марафон и
сдала три экзамена подряд. Но вместе с усталостью пришла и крохотная искорка
уверенности. Я могла это. Тело помнило. Я была не совсем беззащитна.
Однако реальность быстро напомнила о себе.
Вернувшись в покои, я застала там леди Моран. Она стояла у камина, держа в руках мою
— вернее, Леонову — сорочку, которую я сняла перед походом в грот.
— Ваше Высочество, — начала она своим безэмоциональным голосом. — Служанки заметили.
Ваше бельё… оно пахнет иначе.
У меня внутри всё похолодело. «Иначе»? Как иначе? Я мылась, я старалась! Неужели
запах женского тела, моей настоящей сущности, пробивался сквозь проклятие и мужскую
плоть?
— Чем именно? — спросила я, стараясь звучать раздражённо.
— Цветами. Слабым ароматом полевых цветов и… чего-то сладкого. Мёда, что ли. Раньше
от вас пахло дымом и железом, — она пристально смотрела на меня. — Болезнь так
меняет человека?
Её бледные глаза были как рентген. Я чувствовала, как под этим взглядом моя актёрская
уверенность тает.
— Магический ступор, леди Моран, — вступил Альдрик, появляясь в дверях как по
волшебству. — Он мог повлиять на многие аспекты, включая телесные гумуры. Это
временно. И не суть важно. Ваше Высочество устал.
Леди Моран медленно кивнула, положила сорочку на стул и удалилась, не сказав больше
ни слова. Но её взгляд говорил обо всём: «Я слежу за тобой».
Когда дверь закрылась, я рухнула на кровать.
— Цветами?! — зашипела я. — Я пахну цветами?! Да я сейчас пахну страхом, потом и этим
вашим чёртовым гротом!
— Успокойтесь, — сказал Альдрик, но он тоже выглядел озабоченным. — Проклятие… оно
может давать сбои под влиянием стресса или… контакта с истинной парой. Ваша женская
сущность, ваша душа, пытается проявиться. Нам нужно быть осторожнее. И, — он
вздохнул, — вам стоит начать пользоваться мужским одеколоном. Крепким. Дубовый мох и