менее напряжённо. Я оставила Гарта и стражу в сотне шагов, у рощи. К мельнице
подошла одна.
Он уже ждал. Снова без доспехов, в простой одежде, но на этот раз его поза была иной
— не расслабленной, а собранной, как у хищника перед прыжком. Его лицо было
непроницаемой маской, но глаза… глаза горели. Не яростью. Сложной, жгучей смесью
ненависти, любопытства и чего-то, от чего у меня по спине побежали мурашки.
— Вы пришли, — сказал он. Без «ты». Официально.
— Вы предложили перемирие, — ответила я, останавливаясь на почтительном расстоянии. —
Я выслушаю.
Он усмехнулся. Крайне неприятно.
— Перемирие. Да. Начнём с него. Клан Багрового Когтя согласен отвести войска от
Восточного редута в обмен на беспрепятственный доступ к целебным источникам у
подножия горы Серебряный Гребень. Ваши травники знают, как добывать из них эссенцию.
Она нужна нашим раненым.
Это было… неожиданно конкретно и даже разумно. Источники были на нашей территории, но
мы ими мало пользовались.
— И что вы предлагаете взамен? Кроме отсутствия атак на редут?
— Мы прекратим рейды на ваши обозы на месяц. Полный месяц спокойной торговли для
ваших купцов.
Условия были почти честными. Слишком честными. В этом был подвох.
— И всё? — спросила я. — Просто так? Слишком подозрительно, генерал.
— Не совсем, — его глаза сузились. — Есть дополнительное условие. Личное.
Вот и он. Шантаж. Внимание, встречайте.
— Какое? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Раз в неделю, — сказал он медленно, отчётливо выговаривая каждое слово, — вы будете
встречаться со мной. Здесь. Для… обсуждения соблюдения условий перемирия. И для
обмена информацией, которая может быть полезна для предотвращения будущих
конфликтов.
Я смотрела на него, не веря своим ушам. Это был не шантаж с угрозами разоблачения.
Это было… требование доступа. Ко мне. Регулярного. Под благовидным предлогом.
— Зачем? — вырвалось у меня. — Чтобы ещё раз назвать меня чудовищем?
— Чтобы понять, — резко сказал он. Его маска дрогнула, показав ту самую боль и
ярость, которые я видела прошлой ночью. — Чтобы решить, что с тобой делать дальше.
Чтобы… — он запнулся, будто не решаясь произнести следующее. — Чтобы мой дракон
перестал сводить меня с ума. Он не успокоится, пока не… не разберётся.
«Не разберётся». Какое мягкое слово для того, что, вероятно, означало «не примет или
не уничтожит».
— А если я откажусь? — спросила я.
— Тогда перемирия не будет. И я, возможно, решу, что лучший способ справиться с
головной болью — устранить её источник. Официально и со всей армией. — Он сказал это
спокойно, но в этой спокойности была смертельная угроза. — Или, возможно, какие-то