— Вывелись двое, но один зиму не пережил. Слабенький был… а эта вот… скоро линять начнет.

Чешуя и вправду побледнела, а на боку будто трещинами пошла, верная примета.

— Легкой вам…

— Ага… — Гевин почесал кончик носа. — Ты, может, того, узнаешь у Томаса?

— Что узнаю?

— Кого убили?

— Зачем? — вот мало мне было интересно, кого убили. Да и за Гевином я прежде не замечала такого любопытства.

Он пожал плечами и сказал:

— Так… интересно… Старик говорит, что федералы понаедут. Что в прошлый раз они тут всех трясли, а у меня… — Он слегка покраснел и признался: — Документы того… не те… я ж…

И почему меня это не удивило? Егеря большей частью не из местных. Я не знаю, почему так получается. Дерри говорил, что дело не в драконах, а в людях.

Люди слабые. И боятся.

А драконы страх чуют. Да и вообще, сложное это дело, с ними говорить, даже не говорить, а хотя бы слышать. Гевин вот слышал. И потому наши просто не задавали вопросов, откуда он пришел и зачем. Прижился? И ладно.

— Оно-то… мне выправили, но… если федералы копать начнут, то… вылезет.

— Ты в розыске?

Он нервно дернул плечами, а мелкая драконица зашипела. Она чувствовала его беспокойство, а еще ей казалось, что я в том виновата.

— Не знаю… я… отчим мой… из шишек, да… мамашу бил. И меня бил. Я подрос и ответил. А он грозиться стал, что… в общем, я сел и уехал. Да. Может, и в розыске. Не знаю.

И глядит на меня этак выжидающе.

А я что?

Мне еще Сапфиру выпаивать, которая на крыло встала, а потому резко передумала лечиться, преисполнившись почти человеческой верой в то, что само все пройдет.

И гнездо смотреть.

С Лютым опять же перемолвиться надо, вдруг да приметил что неладное. В последние дни было до отвращения неспокойно. И отнюдь не из-за Чучельника.

— И чего ты от меня хочешь? — каюсь, спросила я не слишком дружелюбно. И драконица на коленях Гевина вновь зашипела. — Чтоб я узнала, задержат тебя или нет?

— А ты можешь?

— Пусть Оллгрим к шерифу подойдет, — подумав, сказала я. Все равно ведь не отстанет. Хотя Гевин не самый занудный из наших. Но самый молодой. Почти. Я моложе лет на пять, а вот остальные старше, и намного. И Оллгрима это беспокоит, потому что желающих стать егерями не так и много, а годных для того вовсе нет. А потому Гевина он не отдаст. — И поговорит. Шериф уже к базе допуск имеет. Наверное, имеет.

Уточнила я на всякий случай, уж больно блеск в глазах Гевина появился нехороший.

Сиротинушка…

Все мы тут сироты, если разобраться.

— Да и сам подумай. Шериф тебя наверняка пробивал, — я присела на соседний камень.

Море сегодня переливалось всеми оттенками голубого. Редко случается, чтобы такое яркое. Надо бы к дальним камням спуститься, рыбалка должна хорошей быть.