Но ей плохо.

Из автобуса она почти вываливается, хватает воздух ртом. Она чувствует себя беспомощной и жалкой. Колени дрожат. Спина ноет. А по телу течет пот, смешанный с песком.

— Ты как? — Элли выпархивает в объятия Дэйви, который, подхватив подружку, кружит ее.

Тогда ли их увидели?

Ее, такую светлую и ясную, хохочущую… счастливую.

Или позже, на площади? В этом городке имелась площадь с фонтаном и драконом. Из драконьей пасти текла вода, набираясь в чашу, куда туристы кидали монеты. Элли купила мороженое. И ела его, поглядывая на Дэйви… со значением.

Она сама себе казалась искусительницей.

Милдред от мороженого отказалась. После гостиницы и душа она чувствовала себя почти нормально, но еще не настолько нормально, чтобы есть. В животе урчало. Голова побаливала.

А Элли своим смехом раздражала. За Милдред плелся тот самый конопатый парень. Потом ему надоест ходить следом и он исчезнет.

— Если бы ты не была такой букой, — Элли крутилась перед зеркалом. Она нацепила красную комбинацию, которую купила тайком от тетушки, потому как приличные девочки не носят столь развратного белья. — Ты бы тоже кого-нибудь себе нашла…

Милдред не собиралась никого искать. Ей было, наконец, хорошо. Жара схлынула.

— Мне идет? — Элли приподняла волосы и повернулась боком, втянула живот, оттопырила попу. — Скажи, что я сексуальна.

— Скажу, что ты глупость собираешься сделать.

— Да ладно, это просто приключение.

— Как бы оно боком не вылезло.

Элли скорчила рожицу:

— Нельзя же быть такой правильной, Милли. Порой ты как моя мама. То нельзя, это нельзя… и вообще целоваться надо только после свадьбы.

Она плюхнулась на кровать и вытянула ногу, пошевелила пальцами, задумалась, прикидывая, стоит ли обновить педикюр или все же так сойдет? Лак был почти свежим, разве что на мизинце слегка облез, но совсем незаметно.

— Не после свадьбы. Но хотя бы познакомиться поближе. Не вот так же?

— А как? Сама подумай. Мы здесь всего на неделю. Потом он уедет домой. И я уеду. И все. Чего зря время терять?

Тогда Милдред не нашлась с ответом.

Она не была правильной. Она… наверное, просто плохо перенесла дорогу. И жару тоже никогда не любила. И поэтому промолчала, даже радуясь тому, что останется, наконец, одна. Элли уже большая.

И был у нее роман.

Тетя не знает. Но тетя о многом не знает, ни к чему ее волновать.

— Ты хотя бы предохраняйся, — проворчала Милдред, падая на кровать.

Может, Элли заметили тем вечером? Когда она пошла гулять со своим новым парнем? По вечерам город расцветал огнями. И Дэйви подарил ей розу.

На площади играла музыка.