Баяр поглядел на жену, но подходить к ней не стал. Кивнул друзьям:
— Надо совершить похоронный обряд. Собирайте тела.
Пока мужчины делали свою ужасную работу, он подошел к старухе, вокруг которой собрался с десяток женщин: молодых и старых. Все в окровавленных одеждах, с изуродованными побоями лицами. Стиснул зубы, вспоминая, что никогда кохтэ не воевали ни с детьми, ни с хозяйками шатров — это было просто постыдно. А здесь… это были не его люди, не его семья, но бросить их вот так он просто не мог.
— Что-то из припасов сохранилось?
Старуха, очевидно, признанная старшей, принялась нудно перечислять муку, крупу и сушеное мясо. С голоду женщины в ближайшее время не умрут.
Где-то внезапно раздался младенческий плач, и все вздрогнули.
— Это Найра, — пояснила старуха. — Она умная, спряталась с детьми в выгребной яме. Ее не нашли. И сама уцелела, и троих детей спасла. Но сейчас не выйдет, пытается детей отмыть.
— Сейчас мы поможем вам все убрать, — тихо сказал Баяр. — Оставим коня и… кто-то умеет стрелять из лука?
Понимал, что спросил что-то не то. Откуда? Второй Дженны во всей степи не сыскать. Внезапно подумал, что ее желание учиться себя защищать вовсе не глупость. Неожиданно две женщины средних лет кивнули, да еще старуха подтвердила:
— Умеем. И Найра умеет.
— Луки и стрелы тоже оставим. Идите в сторону Змеиной реки, вправо от восхода солнца. Там будут большие черные камни, их видно издалека. В стане хана Тавегея вас примут в шатры.
— А вы что же, не доведете нас? — задала неприятный вопрос старуха, и Баяру пришлось признаться:
— Меня из стана изгнали. За неподчинение хану.
— Никак сам хотел править? — хитро усмехнулась женщина.
— Что-то вроде того, — пожал плечами степняк. Рассказывать все в подробностях он не видел смысла.
— Молодой, да удалой, — вздохнула старуха. — Эх, какие твои годы…
Баяр кивнул и отошел к месту, куда его люди уже сложили тела. Куча получилась очень большая. Слишком большая, так быть не должно. Укрыли обрывками тканей, положили поверх несколько луков, пару ножей, бросили риса и муки, ложки, деревянные миски, несколько цветных поясов — Баяр узнал, мужчины сняли с себя. Пусть же на небесных лугах невинные жертвы иштырцев обретут покой!
Тела обложили сухой травой, обломками реек шатров, горючими камнями. Переглядывались — кто-то должен был зажечь костер, с дымом от которого души мертвых уйдут на небо.
Степняк оглянулся, нашел глазами Дженну, бледную, испуганную, прижавшуюся к своей лошади, махнул ей рукой. Она подошла, пошатываясь.
— Помнишь, ты просила научить тебя зажигать огонь? — тихо спросил он. — Попробуй. Я думаю, в тебе сил гораздо больше, чем во мне. Я так чувствую.