— Не стоит нарушать баланс, — с самым серьезным видом вещала она. — Кто ест кусарок?
— Кошки. Змеи, — наморщил лоб Баяр. — Птицы хищные.
— Вот. Если мы всех выловим, эти мышки не смогут принести потомство. Вымрут. А следом без еды останутся и остальные звери. Пищевая цепочка прервется. К тому же не стоит баловать угурцев. Если мы будем слишком часто приносить им хвостики, цена на них упадет.
— И то верно.
Воины посмотрели на Дженну с уважением, а Баяр демонстративно притянул ее к себе. Вот так! Такая разумная жена сделает честь любому хану!
У кохтэ не пропадало ничего. Из шкурок кусарок женщины сделают меховые воротники или шапки, а мясо будет скормлено псам.
Наутро Баяр поднялся еще до восхода солнца, взял с собой котелок и травы и ушел в степь. Дженна, проснувшаяся от его возни, наблюдала за ним через ресницы и поднялась, когда муж ушел. Быстро оделась и тихонько, крадучись, последовала за ним в степь. Наблюдала, лежа в траве, как Баяр, присев, разводит костер, потом ставит на него котелок с водой и бросает туда какие-то травы. Интересно, что он задумал?
— Хватит прятаться, иди ко мне, — ровным голосом позвал степняк жену, которую, конечно, давно заметил. — Будешь рядом.
Женька, смущенно посмеиваясь, выползла из засады. Конечно, он же воин — заметил шпиона очень быстро.
— Чем ты занят?
— Буду разговаривать с предками.
— Наркота? Ты уверен? Это вообще-то адски вредно. — Женька вдруг вспомнила Костика, умершего от передоза, и содрогнулась. Ей стало страшно за Баяра. — Один мой друг, почти брат, от этого умер, Баяр.
Степняк бросил на нее острый взгляд. У Дженны был друг, который почти как брат? Интересно. Она впервые заговорила о своем прошлом. Жаль, что так не вовремя.
— Аасор когда-то меня учил, — спокойно пояснил он встревоженной жене. — Не волнуйся. Я умею.
Говорить о том, что ему тогда было лет десять от силы, Баяр не стал. Зачем? Вспомнил то время с легкой улыбкой. Он ведь первым из ханских сыновей прошел Тойрог. Тогда его еще только Аасор и мог открыть. Ни Карын, ни Ирган даже не собирались уподобляться детям воинов. Зачем? Не могут не быть великими сыновья хана, это даже сочли бы оскорблением — сражаться бок о бок с другими мальчишками, бегать с пыльными мешками на плечах и стрелять в бараньи шкуры, набитые сухой травой. Нет, у каждого из сынов хана был личный наставник, да и сам хан сажал их на своего коня.
Аасор не хотел его пускать, говорил — отец сильно ругаться станет. Но мальчишка был упрям, настоял на своем. Тогда шаман и велел спрашивать предков. Спросили — и Баяр увидел, как он сам потом этот Круг открывает. Он знал, что детей у него будут сотни. Тогда не понял, а потом время показало: правду сказали предки. Каждый из его воинов становился ему сыном. И внутреннего огня в Баяре было много, очень много.