С красивой лошадки ловко соскочила девушка с темными косами и сверкающими на солнце монистами. Листян — да еще вся увешанная драгоценностями, словно новогодняя елка! Вот уж кого не ждали увидеть ни Женька, ни Баяр!
— Сестра! — возмущенно выдохнул сын хана, но Листян не обратила на его гнев ни малейшего внимания, кинулась обнимать Дженну.
Женька была ей рада. Смеясь, стиснула в объятиях.
— Ты как, ты зачем здесь?
— Я с вами пойду, — ответила ей подруга. — Вы — моя семья. Ты сестра мне, а Баяр — любимый брат. Тут еще Гаюна и несколько вдов. За тобой идут, Дженна. Хотят, чтобы ты их учила.
Наран с несколько виноватым видом слушал их разговор, косясь на темнеющего лицом Баяра. Если сотню свою он ждал, будучи практически уверенным в том, что они ослушаются его запрета и наплюют на указы хана, потому что их командир учил своих бойцов не только стрелять из лука и махать саблей, но еще и думать, и выбирать, и быть смелыми и честными, то присутствие среди них женщин застало его врасплох. В целом понятно было, что невесты и жены выдвинутся вместе со своими мужчинами. Не стали сюрпризом и младенческие вопли: у некоторых из его сотни уже имелись дети.
Но Листян — единственная дочь хана, любимица отца! Невероятно! И вдовы!
— Как эта жужелица уговорила тебя взять ее с собой? — спросил он друга, не очень успешно пряча гнев.
Тот вдруг отчаянно покраснел, как это умеют только рыжие, даже уши у него запылали, как закатное солнце, а Листян, свысока поглядев на брата, который был выше ее на голову, поднырнула под руку Нарана и обняла его за талию.
— За женихом поехала, — гордо сказала девушка. — Имею право.
— За женихом? — мрачно повторил Баяр. — Ну-ну. А отец что сказал на это?
— Ну так мы его и не спрашивали, — усмехнулся Наран, прижимая к себе Листян. — Как ты себе это представляешь? Нет, я моего отца предупредил. Он ничего не возразил.
— Сложно возражать связанному и с кляпом во рту, — невинно заметила Листян. — Наран, конечно, хорош — самого Нурхан-гуая посмел связать!
Как будто кто-то другой посмел бы. Как будто кому-то другому старый лис позволил бы!
Баяр закашлялся, пытаясь скрыть явно неуместный смех.
— Только не говорите, что вы еще и стан обокрали, — выдавил он из себя.
— Нет, как можно! — возмутился Наран. — Там наши родители, тетки, родственники. Мы только свое взяли: шатры, драгоценности, оружие, немного припасов. И коней, конечно. И собак вон — целых трех.
— Бараны?
— Нет, с ними долго. Да что мы, не найдем в степи баранов? Воины мы или нет?
Баяр усмехнулся, признавая его правоту, оглянулся, ища глазами жену, по-хозяйски притянул ее к себе.