Пауза. Две секунды. У Мельниченко две секунды — это не «серьёзно?», это — «думаю».

— Дорохов, — сказал он, — ты знаешь, сколько деревень в области хотят газ?

— Знаю, — сказал я. — Триста. Может — пятьсот. Но сколько из них — передовые хозяйства с двумя Знамёнами и докладом в обкоме?

— Немного, — признал Мельниченко.

— Газификация «Рассвета» — это не одолжение колхозу. Это — областная витрина. «Курская область газифицирует передовые хозяйства, создаёт условия для сельских тружеников, выполняет решения партии по развитию сельской инфраструктуры.» Формулировка — для отчёта в ЦК.

Тишина. Четыре секунды. Мельниченко — не Сухоруков; его не нужно было покупать на «это ваш успех». Мельниченко мыслил масштабнее: не личный успех, а — системная логика. Газификация передового хозяйства — аргумент для области. Аргумент, который можно показать Москве: «Вот — наш передовик. Вот — что мы для него делаем. Вот — как мы развиваем село.»

— Заявку пришли мне, — сказал Мельниченко. — Я визирую. Дальше — Мингазпром. Там — сложнее.

— Там — у меня есть ход.

— Какой ход?

— Московский.

Пауза. Секунда.

— Дорохов, — сказал Мельниченко, и в голосе его я услышал то, чего не слышал раньше: любопытство. — Ты — интересный мужик. Ладно. Действуй. Если Мингазпром согласует — область поддержит. Моё слово.

— Спасибо, Василий Григорьевич.

— Не спасибо. Результат. Жду.

Повесил трубку. Два уровня из трёх — пройдены. Район — заявка. Область — виза Мельниченко. Остался — Мингазпром.

Мингазпром — это не Сухоруков и не Мельниченко. Это — Москва. Союзное министерство. Машина, которая перемалывает заявки десятками тысяч в год и выплёвывает ответы, напечатанные на серой бумаге через копирку: «Рассмотрено. Включено в перспективный план на…» — и дата, которая всегда — через пять лет. Всегда.

Пробить эту машину можно двумя способами. Первый — ждать пять лет. Второй — знать человека внутри.

Я знал человека, который знал человека внутри.

— Дорохов! — Артур снял трубку на втором гудке. — Два звонка за два месяца. Ты меня балуешь.

— Артур, — сказал я. — Газ.

— Какой газ?

— Природный. Для деревни. Магистраль — двенадцать километров. Район и область — согласовали. Нужен Мингазпром.

Пауза. Пять секунд. У Артура пять секунд — это не «думаю», это — «перебираю контакты в голове».

— Мингазпром, — повторил он. — Это серьёзно, Дорохов. Это — не сепаратор из Риги.

— Знаю.

— Газ — это не мой профиль. Я — продовольствие, стройматериалы, оборудование. Газ — другая лига.

— Но у тебя есть человек.

Тишина. Три секунды.

— Есть, — сказал Артур. — Мурадов Рустам Бахтиярович. Начальник отдела перспективного планирования Мингазпрома. Бывший однокурсник — Плехановский, семьдесят второй год выпуска. Мы с ним каждый Новый год перезваниваемся. Хороший человек. Умный.