– Они слишком тревожные. Пришлось заменить их… другими, в которых меньше насилия.
– И «Семейку Брэди» тоже?
Я смотрела этот сериал в Сан-Диего, а Мелани помнила его с детства.
– Он оправдывал агрессию. Помню, в одной серии маленький мальчик до крови ударил хулигана, и это преподносилось как правильный поступок.
Иэн непонимающе покачал головой и вернулся к фильму, но смеялся в тех местах, которые, по идее, должны были растрогать зрителя.
Я выглянула в окно и увидела нечто гораздо более интересное, чем предсказуемая история в телевизоре.
Через дорогу от отеля находился небольшой парк, с одной стороны от которого располагалась школа, с другой – коровье пастбище. Несколько тоненьких деревьев, старомодная детская площадка с песочницей, горка, турник, ручная карусель и, разумеется, качели.
Маленькая семья наслаждалась вечерней прохладой. В волосах отца серебрилась седина, мать выглядела намного моложе; ее длинные рыжеватые волосы, стянутые в хвост, подпрыгивали при каждом движении. С ними мальчик возрастом около года. Отец подталкивал качели сзади, а мать стояла спереди и целовала малыша в лобик всякий раз, как он подлетал к ней. Ребенок заливался хохотом, пухлые щечки раскраснелись. Женщина тоже смеялась от души.
– На что смотришь? – В голосе Джареда не было тревоги: он видел, что я улыбаюсь.
– За все свои жизни не видела ничего подобного. Я вижу… надежду.
Джаред осторожно выглянул в окно, оглядел здания и дорогу.
– О чем ты?
Я взяла его за подбородок и повернула в нужном направлении. Он не отшатнулся от моего прикосновения; у меня в животе приятно екнуло.
– Это единственная надежда на выживание вашего вида.
– Где? – изумленно воскликнул он.
Иэн тоже встал и прислушался.
– Смотри. – Я указала на смеющуюся мать. – Видишь, как она любит свое человеческое дитя?
Женщина подхватила ребенка с качелей и крепко сжала в объятиях, покрывая личико малыша поцелуями. Тот махал ручками и агукал – совсем кроха, а не маленькая копия взрослого, каким бы он стал после внедрения моего сородича.
– Ребенок – человек? – ахнул Джаред. – Как? Почему? Давно это происходит?
Я пожала плечами:
– Не знаю, сама впервые вижу. Она не захотела, чтобы из него сделали носителя. Не могу представить, чтобы ее… принудили. Для Душ материнство священно. Если она не хочет… – Я покачала головой. – Понятия не имею, как полагается поступать в подобных случаях. На других планетах такого не бывает. Эмоции человеческих тел сильнее логики.
Иэн и Джаред потрясенно смотрели на межвидовую семью в парке.
– Нет, – пробормотала я себе под нос. – Никто не отнимет ребенка у родителей.