По его губам скользит быстрая улыбка.

«Улыбайся… Всегда улыбайся. Я наизнанку вывернусь, лишь бы у тебя было больше поводов для этой улыбки».

Он паркуется у темного двухэтажного здания. Открываю дверь, выбираюсь на прохладный воздух.

«Соберись, девочка. Держи позвоночник. Иначе он снова раздавит тебя в пыль, как тогда, когда ты сидела и мысленно сгорала заживо».

Подхожу к нему, до сих пор до конца не веря, что мы действительно идем куда-то вместе. Его густое тепло накрывает меня, окутывает, заполняет собой всё пространство вокруг. Фарид толкает дверь. Внутри — полумрак, деревянные столы, запах дорогого алкоголя и жареного мяса. Брутально, атмосферно, без лишнего пафоса.

Он сразу сворачивает к лестнице. Поднимаюсь шаг в шаг рядом с ним. Чувствую каждое движение его тела, задыхаюсь, когда мы случайно соприкасаемся локтями или плечами на узких ступенях.

На втором этаже, в углу у деревянных перил с видом на нижний зал, сидит компания. Трое крепких мужчин и девушка. Подходим ближе, и на меня скрещиваются несколько пар оценивающих глаз.

«Соберись, Алиса. Выдыхай».

Фарид по очереди, крепко жмет парням руки, коротко хлопая по плечам.

— Знакомьтесь. Это Алиса, — рокочет он спокойным баритоном. — Гостит сейчас у моего отца.

«Ну да. Просто гостья… Ничего, Фарид. Мы еще посмотрим. Я так просто не сдамся».

Опускаюсь на стул рядом с ним. Завязываю собственные руки в узлы, чтобы не прикоснуться. До ломоты под кожей хочется поднырнуть под его ладонь, сплести наши пальцы, чтобы он сжал мою кисть. Но имею ли я право? Значили для него те поцелуи хоть долю того же, что и для меня?

Ловлю на себе изучающий прицел серых глаз. Мужчина напротив крутит в пальцах стакан, рассматривает меня и усмехается:

— Совсем юная. Как тебя вообще в нашу суровую компанию занесло? Рассказывай, Алиса, чем по жизни дышишь? Давай знакомиться нормально.

«Ничем. Абсолютно ничем, кроме того, что круглосуточно пытаюсь пробить броню вот этого сидящего рядом мужчины».

Делаю спокойный вдох и выдаю ровную полуулыбку:

— Да ничем особенным. Первый курс вот закрыла. Всё банально и ничего интересного.

Рядом раздается знакомый гортанный рокот. Фарид откидывается назад, вальяжно закидывает руку на спинку моего стула. Спиной чувствую жар его тела сквозь ткань.

— Делите ее слова на десять, — спокойно роняет он. — Скромничает. Девчонка в седле сидит так, будто с лошадью срослась — фору любому даст. И людей на татами укладывает только в путь. Двигается так, что охренеешь смотреть.

В груди всё обрывается и летит куда-то вниз.

«Господи… просто продолжай. Умоляю, говори обо мне еще».