— Зима из-за ели прошла уютно, барон, — произнесла она.

Константин усмехнулся.

Александр скосил глаза на брата. Великий князь подобрался, хотя в уголках его губ пряталась шальная улыбка.

— Ваше Императорское Величество, — вступил я, — детский восторг неподделен, оттого и праздник удался. Ремесленник волен выточить любую безделицу. Однако традицией она становится стараниями тех, кто к ней возвращается.

Вот, получи. Праздник сделали дети. Мария Федоровна сузила глаза.

— Именно так. Вы отлично ухватили суть.

О как. Меня снова пытаются «вести»? Что-то сегодня слишком много вопросов. Я ей еще Роксандру не простил. Да и пари то — бесит.

— Грядущей зимой, — продолжила она, — мне угодно поручить вам особую работу. Для семьи. Предмет для дома Романовых, хранящий имена, даты, уважение к предкам, может даже… нить к потомкам.

Вот значит как? Интересно. Заказчики всегда цепляются за конкретику, требуют диадему, складень, табакерку с вензелями, затем выкручивают руки капризами. Вдовствующая императрица подкинула мне идею: Род. Семья. Зимнее торжество. Память. Руки аж зачесались. Соскучился я по такому. Работа над заказом «пари» не приносила особого удовольствия, она казалась попыткой удивить своим мастерством, не давала мне особого душевного подъема. Не знаю почему так.

Стоя посреди венценосной свиты, способной щелчком пальцев стереть мою мастерскую в порошок, я вдруг осознал масштаб. Мне делегировали право самостоятельно решить, как именно династия Романовых увековечит себя.

Профессиональный азарт взвился на дыбы. Редчайшая задача. Абсолютно чистый холст.

Лицо Екатерины Павловны окаменело. Ее взгляд на мать был настороженным. Кажется, я чего-то не понимаю. Что-то упускаю. Но что?

Старый князь Юсупов помрачнел, Сперанский хранил пугающее спокойствие.

Наконец подал голос Александр:

— Достойной семье — достойное воплощение. На закупку золота, камней и прочих надобностей казна выделит до ста тысяч рублей.

Ух… Сказано тоном рачительного хозяина. Сто тысяч материалами. Сумма колоссальная, сводящая с ума любого ювелира. Беда в том, что подобные горы богатства всегда приходят в сопровождении надзирателей, въедливых описей, расписок за каждый карат и объяснений за каждую испорченную унцию металла. Это такой способ возвести вокруг моей жизни караул? Все так просто?

Денег у меня хватало с избытком. Я мог содержать мануфактуры и скупать инструмент безо всяких монарших милостей. Проблема крылась в том, что Романовы покупали право безраздельно владеть моим временем. В этом вся интрига? Опять? Отвлечение от Отряда? Да что ж за день такой? Одни вопросы.