— И как? — оживился я. — Нашли чего?

— Следов точно нет. Только те, что сюда ведут, получается. С севера люди эти ваши с ящерами шли. С того берега Черной речки… Но это еще дед Боровик все рассказал, — усмехнулся Гусь. — Он даром, что старый, а получше меня видит. Если чего не углядел — значит, того и нет вовсе.

Я молча вздохнул. С одной стороны, такой исход был почти безупречным, с другой — не помешала бы еще одна приятная новость. К примеру, про цепочку следов, которая вела в тайное убежище лесных стрелков. Они могли сколько угодно торчать у меня под боком на том берегу Черной, но что-то вроде лагеря у них наверняка имелось.

— А оружие? — поинтересовался я.

— Ну… Тут такое дело, ваше сиятельство… — Гусь отвел глаза, покраснел и несколько мгновений молчал, но потом все-таки полез за пазуху. — Я вот какую штуку нашел. Как раз в том месте, где вы того хмыря с ящерицы сбросили. Видать, он обронил.

В мою ладонь ткнулась рукоять ножа. И не простая, а вырезанная то ли из дерева, то ли из какого-то легкого камня. Гладкая поверхность могла скрываться под солидным слоем лака, но я скорее поставил бы на то, что ее так отполировало время и касание пальцев хозяина.

Не знаю, кто и каким инструментом сумел придать материалу форму волчьей головы, но в своем деле он явно соображал. Зверь был как живой — ну, если не считать, что произвол мастера оставил от него только морду с полуоткрытой пастью, вытянутую шею и туловище.

Я не раз имел возможность вдоволь созерцать Вулкана, так что не мог не оценить искусство резчика: рукоять весьма точно повторяла формы тела хищника, однако при этом ложилась в ладонь идеально — с той стороны, где у волка было бы брюхо, нашлись даже выемки под пальцы… Мастер не поленился прочертить даже мех и прижатые к голове уши, а вместо глаз вставил крохотные оранжевые камешки — а может, просто застывшие капельки смолы.

Потрясающая работа.

Впрочем, ничуть не меньше рукояти меня заинтересовал клинок ножа. Короткий — едва ли больше ширины ладони, чуть изогнутый и отточенный до остроты бритвы. Наверняка плененный мною таежный бродяга куда чаще использовал его на привале, чем в бою, однако и в качестве оружия эта штуковина определенно годилась.

Полноценный упор под пальцы у ножа отсутствовал, зато сама форма рукояти вполне позволяла не только резать, но и колоть, а материал без труда одолел бы и одежду, и плоть, и портупею, и, пожалуй, даже какую-нибудь средненькую броню — если как следует размахнуться и попасть в нужное место.

Я и раньше встречал оружие из кресбулата, а секиру Рамиля и пару мечей даже выковал сам, однако трофей Гуся нисколько не походил ни на мои скромные творения, ни на древние артефакты вроде Разлучника. Хотя бы потому, что клинок ножа явно не ковали, а просто вырезали из какой-то детали автоматона… А скорее даже взяли, как есть — и слегка обработали сверху.