Я молча пошел следом, но, уже покидая зал, на мгновение оглянулся. Серебристые нити Потока снова плавно двигались над ладонями студентов, словно ничего не произошло. И все же меня не покидало ощущение, что всего несколько секунд назад этот огромный живой организм… заметил мое появление.

Мы покинули Зал Потока и поднялись по старой винтовой лестнице, скрытой внутри одной из башен Академии. С каждым пролетом шум огромного комплекса становился все тише, словно само здание постепенно отделяло нас от привычной жизни. Где-то далеко внизу еще звучали голоса студентов, звенела сталь тренировочных клинков и вспыхивал Поток, но здесь, среди толстых каменных стен, царила почти библиотечная тишина. Лишь солнечный свет, проникавший через узкие окна, медленно скользил по древней кладке, заставляя задуматься, сколько поколений студентов поднимались по этим же ступеням задолго до моего рождения.

Ректор остановился возле неприметной дубовой двери, на которой не было ни номера комнаты, ни фамилии будущего жильца. Достав старый металлический ключ, он без лишней торжественности открыл замок и жестом пригласил меня войти первым. Комната оказалась гораздо просторнее, чем я ожидал. Вместо роскошных дворцовых покоев меня встретили высокий книжный шкаф, массивный письменный стол, широкое окно почти во всю стену и аккуратно застеленная кровать. Все выглядело настолько просто и функционально, будто помещение создавали не для наследника Великого Дома, а для человека, которому предстоит проводить здесь больше времени за книгами, чем за отдыхом.

Я подошел к окну и невольно задержался. С высоты башни Академия выглядела совершенно иначе. Белокаменные корпуса соединялись между собой галереями, тренировочные площадки были похожи на маленькие островки среди зелени, а десятки студентов сновали по внутренним дворам, даже не подозревая, что где-то наверху человек, о котором последние дни спорит вся Империя, впервые пытается представить свою новую жизнь. Здесь дворцовые интриги казались удивительно далекими, и на одно короткое мгновение мне действительно захотелось поверить, что впереди меня ждут обычные студенческие будни.

Ректор не торопил меня и спокойно осматривал комнату, словно проверял, все ли подготовлено к приезду нового жильца. Наконец он нарушил молчание, заметив, что Император настоял именно на таком размещении, хотя обычно первокурсники живут в общих корпусах. По его мнению, подобное решение вряд ли пойдет мне на пользу: Академия учит людей не только управлять Потоком, но и ежедневно жить рядом с теми, кто однажды станет твоими союзниками или соперниками. Однако приказ Императора не оставлял пространства для споров, а потому ректору оставалось лишь надеяться, что вынужденное одиночество не станет для меня привычкой.