Амбиция у этого парня немаленькие. А с моей нынешней репутацией их можно реализовывать разве что во сне.

— И что будет с твоей службой в Сумеречных войсках? — спрашиваю я. — Я все еще подозреваемая и расследование быстро не закончится.

— Это случится только через год.

— Так ты через год со мной разведешься? В смысле, липово разведешь, — уже почти шепотом спрашиваю я.

Витор улыбается, ситуация его забавляет. Ну еще бы. Гад продуманный. О себе-то он позаботился. А вот что я буду делать одна через год? Если у меня только год, нужно успеть подготовиться.

— Ты теперь гадаешь на будущее, Катарина? Факультет решила сменить?

— Я серьезно, Витор, — бросаю я с упреком. — Я должна знать. Потому что моя мать тут же явится…

— Ладно, понял. — С его лица слетает улыбка. — Мы с тобой договорились, что год ты будешь являться по моей просьбе и помогать с артефактами, так?

Я киваю.

— Справишься хорошо — и мы продлим наш контракт, устраивает?

Задумываюсь. В принципе, сделка честная и выгодная. Снова киваю. Было бы глупо отказываться. И все же я спрашиваю:

— Почему? Тебе зачем это все надо, помогать мне?

Он не сразу отвечает и заставляет начать беспокоиться. Я своими расспросами могу все испортить. Упущу целый год рядом с человеко, который мне небезразличен, да еще в статусе его жены, пусть и фальшивой. Да еще на безопасном расстоянии от матери. Сплошные преимущества.

— Ты постоянно попадаешься мне под руку и умеешь легко решить мои проблемы. Я подумал: почему бы и нет.

Действительно. А почему бы? Я и забыла, что для таких, как Северли, богатых, популярных и могущественных, жизнь гораздо проще, чем у таких, как я. Что ж, если удача летит в руки — умей принять с благодарностью. И я принимаю.

Витор снова берет меня за руку и ведет по коридорам. Я уже не обращаю внимание на косые взгляды, когда наша проделка станет известна, их не избежать, а я волей судьбы задержусь в КАСе еще на целый год. Но у дверей комнаты Витора новая мысль меня прошибает, как ударом огненного элементаля. Я резко останавливаюсь, испуганно смотрю. Витор хмурит лоб.

«Что на этот раз?» — читаю в его взгляде.

— Лептон, — тихо бормочу я. — И моя мать. Они проверят книгу переплетений.

Кларисса-Теодора ни за что не сдастся и, бьюсь об заклад, она не поверила в то, что я женила на себя самого Северли. А Лептон и подавно не поверит. Если уж она собиралась меня убить, то первое, что сделает, это пошлет специалиста заглянуть в книгу.

— Юлиану на следующие пять лет отправляют заграницу учиться. Забудь о ней, — спокойно отвечает Витор, открывает дверь и вталкивает меня в комнату. — А про твою мать… ты права.