— Ты же понимаешь, что это значит, Катарина? — перебивает мои мысли профессор и больше в его глазах не видно нежности и ласки, только холодный расчет.
Я киваю. Конечно, я понимаю. Времени у меня осталось еще меньше, чем мы предполагали. Удобному положению невесты сына министра скоро придет ожидаемый конец. Я стану не так влиятельна и полезна и многие двери передо мной вновь закроются.
Надо поспешить с работой, но, к моему неудовольствию, Марианна прописывает мне полный покой и отдых на целый день, настаивает отправить в свою комнату вместе с сопровождением и угрожает сообщить Витору о моем непослушании, когда я бездумно пытаюсь отказаться от помощи второго паренька-практиканта. Быстро осознаю свою ошибку и позволяю обращаться с собой, как со смертельно больным пациентом. Притворяюсь спящей в своей комнате и уже спустя десять минут мчусь в лабораторию профессора, словно дух за свежей кровью. Плюхаюсь перед зеркалами, настраиваю их и принимаюсь внимательно изучать записи, собранные моими шпионами. Я сильно расстроюсь, если и эта попытка ухватиться хотя бы за тоненькую ниточку промажет мимо цели. Меня слишком зацепило на этот раз. Чтобы вконец не отчаяться, я должна получить в награду, если не всю разгадку, то хотя бы ее часть.
Пытаюсь сосредоточиться, но Токер, наглая зараза, крутится около меня, трется полупрозрачным тельцем, колет голые ноги энергетическими зарядами, растущими на кончиках его рыжей шерстки. Я его понимаю, он огорчен, что хозяин пострадал, нуждается во внимании и подзарядке. Но я не бесплатный источник энергии, не артефактная батарея для синтезированных энергетических демонов. И вообще, с каких пор мы вдруг стали друзьями, чтобы он так нахально выпрашивал подпитку? Все же наклоняюсь и с неохотой почесываю его за острым демоническим ушком. Так и быть, заслужил. Молодец. Чувствую, как бесцветные тонюсенькие струйки энергии выливается из моего тела и устремляется к Токеру, его шерстка мгновенно вспыхивает ярко-рыжим светом и чудовище довольно уркает, выгибает гибкое тельце, распушает длиннющий хвост и еще сильнее мешает включиться в работу, размахивая им перед моими глазами.
В голове и без того полный хаос. Не могу отбросить мысли об отце Витора. Насколько унизительным он сделает мое расставание со своим сыном? Явится и на глазах всей академии отсчитает меня за самонадеянную попытку войти в благородную, влиятельную семью или всего лишь заставит Витора прилюдно разорвать наши отношения? На тихую отмену помолвки даже не рассчитываю, высокородные никогда не упускают возможность покичиться своей голубой, некромантской кровью и втоптать в грязь тех, кто ниже по их статусу. Набираю полную грудь воздуха, уговариваю смериться с неизбежном — и тут же в голову забирается вторая отвратительная мысль: воспоминания о прошедшей ночи.