Но уже поздно.

Время пришло.

Первый крик доносится не с улицы, он раздается в наушнике.

— Два черных фургона. Восточный переулок. Двигайтесь. Сейчас же.

В венах бурлит лед.

Голос Зои спокоен, но я знаю, как звучит спокойствие человека, охваченного ужасом.

Лука внутри.

Зоя подтвердила это по связи меньше двух минут назад, еще до того, как начался весь этот гребаный пиздец.

Но я не видел Рут уже восемь часов.

Мы специально все так спланировали. Нам нужна была проверка. Нужно было отработать действия на случай засады.

Я захлопываю за собой дверь и бегу, уже сжимая в руке пистолет. Мои люди рассредоточиваются по кварталу, но все мое внимание приковано лишь к одной точке.

Пожалуйста, будь там.

Пожалуйста…

Я заворачиваю за угол, и увиденное сбивает меня с ног, словно гребаный грузовик.

Она там.

Рут.

Поверх топа накинут слишком большой тактический жилет, волосы растрепаны, глаза пылают чистым огнем.

О боже.

Она уже снаружи, стоит на коленях рядом с Лукой.

Лука?

Когда он успел выйти?

Его здесь вообще не должно быть.

Она прячет его за мусорным контейнером. Одна рука спокойно лежит на его плече, в другой она держит пистолет так привычно, словно родилась с ним.

Но стойка неправильная — она бережет лодыжку.

Ей все еще больно.

И она все равно двигается.

Рафаил был прав. Она умеет обращаться с оружием.

Увидев меня, Рут кивает и улыбается. Притворяется, что все в порядке. Что мы просто тренируемся, как и планировали.

Лука машет мне рукой. И тогда я понимаю, она делает это ради него.

Мы играем. Это всего лишь игра.

Но я замечаю все.

И безошибочно чувствую мгновение, когда все меняется. Кровь закипает, инстинкты встают на место.

Из переулка приближаются три фигуры, плотным строем.

Слаженно.

Ирландцы.

Без опознавательных знаков — просто молчаливые убийцы.

Это не гребаные учения.

Я не думаю, просто действую.

— Пригни его! — кричу Рут.

Поднимаю пистолет. Первый выстрел точно попадает в центр корпуса. Второй поражает бедро бегущего мужчины, и воздух разрывают крики.

Лука крепче прижимается к боку Рут. Она закрывает ладонью его уши, прижимая голову к своей груди.

Затем разворачивается к выстрелам, подняв оружие.

И смотрит на меня.

Время останавливается, все вокруг замирает, становится резким.

Ее глаза находят мои, широко распахнутые, полные надежды.

А затем…

Она кивает.

На слова нет времени.

Мы двигаемся.

За забором еще двое. Я показываю два пальца, затем указываю налево.

Она прикрывает справа.

Мы обходим их с флангов, словно проделывали это сотню раз.

Но не проделывали.

Не по-настоящему.

Это должна была быть наша тренировка.

И все же наш ритм безупречен.