Я крепко шлепаю ее по заднице, и она взвизгивает. При виде отпечатка моей ладони на ее идеальной ягодице член пульсирует.

Мое имя все еще дрожит на ее губах, когда я выпрямляюсь, нависая над ней. Тяжело дышу, член распух и ноет от потребности.

Она смотрит на меня затуманенными, полностью измученными удовольствием глазами. Губы приоткрыты, кожа блестит от пота и удовлетворения.

А я с ней еще не закончил.

Даже близко.

Она торопливо подчиняется, все еще дрожа, переворачивается и выгибается для меня, предлагая себя одновременно как нечто священное и порочное.

Задница поднята, бедра разведены ровно настолько, чтобы у меня перехватило дыхание.

Она мокрая.

Раскрасневшаяся.

Моя.

Я обхватываю ее ягодицу и звонко шлепаю, наблюдая, как она колышется, наслаждаясь ее резким вдохом.

Идеальный маленький визг.

На коже быстро проступают два красных отпечатка моих ладоней. Я стону, с трудом сдерживая желание немедленно войти в нее.

— Чувствуешь это, сладкая? — рычу я, растирая место удара, одновременно успокаивая и помечая. — Это мое. Это тело? Мое.

— Да, — задыхаясь, отвечает она и подается назад, к моей ладони. — Твое.

Меня переполняет гордость.

Никто не может владеть этой женщиной без ее согласия.

А она — моя.

Я хватаю ее за бедра, сильно сжимаю и располагаю под нужным углом. Вторая рука скользит вверх по позвоночнику, пальцы запутываются в волосах. Я легко тяну, вырывая из ее горла жадный стон.

— Хочешь мой член, малышка? — шепчу я ей на ухо, наклоняясь над ее спиной.

Мой голос опасен и полон темных обещаний.

— Хочешь, чтобы я наполнил эту тесную маленькую киску, пока ты хнычешь, умоляешь и принимаешь каждый гребаный дюйм, который я тебе даю?

— Да. Пожалуйста, — кричит она. — Пожалуйста, ты мне нужен… так сильно нужен. Я хочу чувствовать тебя внутри. Мне нужен твой член. Мне нужно, чтобы ты трахнул меня — жестко. Глубоко. Я хочу, чтобы ты меня уничтожил.

Вот и все.

Вот, блядь, и все.

Я хватаю ее за бедра и одним плавным, беспощадным толчком врываюсь внутрь, погружаясь до основания со стоном.

Она громко и хрипло вскрикивает, пальцы впиваются в простыни. Ее тело принимает меня, растягивается для меня, приветствует меня.

— Господи, — шиплю я сквозь зубы, отводя бедра назад и наблюдая, как она снова поглощает меня целиком. — Как же хорошо ты меня принимаешь. Вот так. Словно была создана именно для этого.

Она трепещет вокруг меня — горячая, тесная, сжимает словно тисками.

Я начинаю двигаться.

Сначала медленно — глубокими, растирающими толчками, от которых она рыдает. Низко склоняюсь над ней, касаясь грудью ее спины. Одна рука запутана в волосах, вторая крепко сжимает бедро.