Глава 42
Чертов дом Ллойда. Вещмешок с наличкой припрятан в кустах. Никого из соседей. Темные окна, пустые парковочные места. — Бинго! — щелчок пальцами. Револьвер в кармане. Из дома доносится музыка. У Ллойда вечеринка? Сколько там людей? Всего три пули. Вовсе необязательно тратить их все. Достаточно подержать запуганных до жути гостей в заложниках. Запереть где-нибудь. Лучше — в подвале, если он, конечно, есть. Темень. Ночь. Самое удачное время для акта возмездия. Франк. Грязные, жестокие игры. Жизнь, как на пороховой бочке. Ее тот срыв. Она растоптала всё. Не оставила камня на камне. Довела Келли до ручки. Довела меня. Келли. Я ожидал, что он начнет мстить сразу. Первый день в больнице. Поднос с нетронутой едой. Потолок. Бездна. Ожидание того, что этот черт пришлет похоронный венок или вовсе заявится сам, чтобы поглумиться. Какой-то липкий, вяжущий ужас. Предвкушение и правда бывает хуже, чем итог, финал. За все полторы недели, что я провел в больнице, Келли так и не дал о себе знать. Мысли о нем. И ноль — о ней. Всё, перегорело. Истлевшие угли, обещанный чертом пепел — вот чем я был. Выписка. Свежий воздух. Отцовский душный Кадиллак. Душный дом. Апатия. Мысли о суициде. Задвинутые подальше идеи насчет жизни отдельно. Меланхолия и бессилие. Собрать вещи? Уйти в никуда? Без каких-то минимальных навыков попроситься на работу в автомастерскую? Бред. Насмешливые взгляды мужиков. «Ты чего, пацан? Ты себя в зеркало-то видел?!». Слухи. Язвительные смешки. Лучший ученик, победитель олимпиад шатается по городу в поисках вакансий. Уехать в другой город почти без денег в кармане. Да уж, идея— блеск. Устроиться в какую-нибудь занюханную забегаловку. Доедать остатки с подносов, чтобы скопить на съем жилья. Нет! Гордыня. Келли мучил меня на расстоянии, ничего не предпринимая. Он и правда превратил мою жизнь в ад. Идея. Мистер Мур. Отцовский приятель, с которым они изредка пили бурбон. Александр Мур — пожилой, довольно неплохой человек. Добродушный. Владелец книжного магазинчика на тихой улице в старой части города. Классические дома, неспешность, спокойствие. Я любил там бывать. Мур сильно удивился просьбе дать мне работу. На мое счастье, бойкая очкастая девчонка, что там работала, уволилась. Я попросил не задавать вопросов насчет того, почему никуда не поступил. Слишком горько! Подкопить деньжат, продумать, куда потом свалить, — таков был план. А заодно уйти с головой в чтение, привести нервы в порядок, выдохнуть от ужаса. Придет Келли к Муру со своей кассетой? И что? Продавец