— Ты хоть понимаешь, что делаешь со мной? — тихо спросил он.
В его голосе не осталось привычной насмешки.
Только правда. Грубая, живая, опасно честная.
Я невозмутимо подняла взгляд.
— После вчерашней ночи ты правда думаешь, что я ещё способна держаться от тебя подальше?
Кажется, именно это окончательно разрушило остатки его самообладания.
Каэлар притянул меня к себе резко, почти жадно, и поцелуй между нами вспыхнул мгновенно — глубокий, горячий, слишком долго сдерживаемый. Я почувствовала вкус его дыхания, жар губ, ладонь, крепко скользнувшую ниже моей талии, и в следующую секунду уже сама вцепилась пальцами в его плечи, теряясь в этом ощущении полностью.
Магия вздрогнула вместе с нами.
Тёмное пламя скользнуло по стенам мягкими тенями, золотистый свет рассыпался по простыням, вспыхивая ярче с каждым новым прикосновением.
Каэлар целовал меня так, будто всё ещё пытался убедиться, что я настоящая. Что эта ночь настоящая. Что после крови, боли и страха у нас всё-таки осталось что-то живое.
Я почувствовала, как его горячая ладонь медленно скользнула вдоль моего бедра под тонкую ткань сорочки, и дыхание сорвалось само собой.
Он замер лишь на секунду.
Поднял взгляд — тёмный, тяжёлый, полный напряжения, которое уже невозможно было скрывать.
— Попроси меня остановиться, — сипло произнёс он, хотя по голосу было ясно: остановиться сейчас для него почти невозможно.
Я смотрела на него несколько долгих секунд, чувствуя, как бешено колотится сердце.
А потом сама жадно потянулась к его губам.
Каэлар поцеловал меня глубже и одновременно резко рванул тонкую ткань сорочки. Послышался тихий треск, прохладный воздух скользнул по обнажённой коже, но уже в следующую секунду меня снова накрыл жар его тела и рук.
От того, как он глядел на меня сейчас, внутри всё дрожало почти болезненно.
Будто впервые позволил себе смотреть открыто. Без сдержанности. Без страха.
Его ладонь медленно скользнула по груди, и я судорожно вдохнула, чувствуя, как магия вспыхивает под кожей ярче прежнего. Золотистые искры рассыпались по простыням, тёмное пламя жадно переплелось с ними, окутывая нас живым жаром.
Каэлар тихо выругался сквозь зубы, уткнувшись лбом мне в шею.
— Ты даже не представляешь, как долго я пытался держаться от тебя подальше.
Я дрожащими пальцами провела вдоль его спины, чувствуя под ладонями напряжённые мышцы.
— И как успехи?
В его хриплом смехе прозвучали нотки безумия.
— Очень плохо.
Следующий поцелуй оказался жадным и почти отчаянным.
Каэлар целовал меня, окончательно теряя контроль, и именно это сводило с ума сильнее всего. Всегда собранный, опасный, привыкший держать подчинённым всё вокруг, сейчас он срывался вместе со мной — в желание, в магию, в эту невозможную близость, от которой уже нельзя было отступить.