Каэлар резко втянул воздух сквозь зубы, когда я обхватила его ногами крепче.
Потом потерял контроль окончательно.
Движения стали глубже, резче, отчаяннее. После всего, через что мы прошли, между нами больше не осталось ничего, кроме этой жадной, почти безумной потребности чувствовать друг друга живыми — убеждаться снова и снова, что ничто не смогло нас разлучить.
Меня накрыло резко.
Мир рассыпался золотым светом, жаром, его именем на моих губах, ощущением его рук, удерживающих меня так крепко, будто он никогда больше не собирался отпускать.
Каэлар сорвался следом, уткнувшись лбом мне в плечо, и драконье пламя вокруг нас вспыхнуло так ярко, что на мгновение осветило всю комнату.
А потом остались только сбившееся дыхание, переплетённые пальцы, жар медленно затихающей магии под кожей и ощущение абсолютной, пугающей правильности в том, как мы открывались друг для друга сегодня ночью.
Как будто весь мир с самого начала вёл именно к этому мгновению — и просто ждал, пока мы решимся прийти.
42. Лириэль
Сквозь тонкие занавески медленно просачивался бледный утренний свет. Он ложился на деревянный пол, на разбросанную у кровати одежду, на смятые простыни, всё ещё хранившие тепло и запах прошедшей ночи.
Каэлар лежал рядом, крепко прижимая меня к себе, и даже во сне в этом движении ощущалось что-то почти болезненно собственническое. Тяжёлая рука снова покоилась на моей талии, дыхание нежно касалось виска.
Я осторожно подняла голову, рассматривая его лицо в мягком утреннем свете.
После ранения Каэлар изменился. Не ослабел — сама мысль об этом казалась нелепой. Просто исчезло постоянное напряжение дракона, привыкшего жить в ожидании удара. Сейчас в его чертах появилась непривычная спокойная усталость, и от этого внутри поднималось что-то слишком нежное, почти пугающее своей глубиной.
Я не заметила, как коснулась пальцами его груди, задерживаясь там, где под кожей ещё оставались тонкие следы недавних ран.
Каэлар резко вдохнул и крепче сжал ладонь на моей талии.
И в ту же секунду его реакция прошла сквозь меня горячей волной.
Я замерла.
Это ощущение не принадлежало мне.
Связь между нами изменилась. Теперь я чувствовала не только магию, но и его эмоции: сонное тепло, удовольствие от моего прикосновения, тихое облегчение, настолько глубокое, что оно отзывалось уже внутри меня самой.
Не открывая глаз, Каэлар сильнее притянул меня к себе.
— Если ты продолжишь так смотреть, — хрипло произнёс он, — мы точно никуда не улетим.
Я невольно улыбнулась.
— Ты вообще спал?
— Пытался.
Он открыл глаза и несколько секунд просто разглядывал меня — спокойно, внимательно, слишком открыто для мужчины, который ещё совсем недавно не подпускал к себе никого. Раньше между нами всегда оставалась дистанция: осторожность, упрямство, недосказанность. После этой ночи всё исчезло так окончательно, что временами становилось страшно.