Теперь я чувствовала его так ясно, будто часть его сердца действительно билась внутри меня.
И по тому, как потемнел взгляд Каэлара, понимала: он ощущает то же самое.
— Это нечестно, — ворчливо пробормотала я.
— Что именно?
— Ты прекрасно знаешь, что со мной делаешь.
Уголок его губ едва заметно дрогнул.
— Лириэль, поверь, мне сейчас ничуть не легче.
По нашей связи тут же прокатилась медленная волна жара, откровенная настолько, что стало трудно дышать.
Каэлар почувствовал мою реакцию мгновенно.
Конечно, почувствовал.
Его ладонь медленно скользнула вдоль основания крыльев, и тело тут же предательски откликнулось на это движение.
Я тихо выдохнула.
— Ты специально?
— Даже не стараюсь.
В его голосе прозвучала хриплая насмешка, под которой слишком ясно ощущалось напряжение мужчины, с трудом удерживающего остатки самоконтроля.
Я провела ладонью вдоль его шеи, зарываясь пальцами в тёмные волосы, и Каэлар прикрыл глаза так резко, будто это прикосновение оказалось опаснее любого поцелуя.
Магия вспыхнула сразу.
Тёмное драконье пламя лениво скользнуло по коже, обвивая шею, ключицы, внутреннюю сторону бёдер. Золотистые искры моей силы рассыпались в воздухе мягким светом, смешиваясь с его магией, и комната мгновенно стала тесной от жара и близости.
— Нам нужно собираться, — выдохнула я, уже понимая, насколько неубедительно это звучит.
— Нужно, — согласился Каэлар.
А потом притянул меня к себе и просто поцеловал.
Медленно. Глубоко. Так, будто до сих пор пытался убедиться, что я действительно рядом.
Я почувствовала тепло его губ, тяжесть ладони чуть ниже поясницы, горячее дыхание между поцелуями, и по связи между нами прокатилась общая волна желания — уже почти неделимая.
Теперь каждое прикосновение ощущалось слишком остро.
Каэлар медленно провёл ладонью вдоль моего бедра, и я невольно прижалась к нему ближе, чувствуя, как остатки самообладания начинают рассыпаться.
Он тяжело выдохнул мне в губы и прижался лбом к моему лбу, пытаясь вернуть себе контроль.
Получалось плохо.
— Лириэль, — хрипло произнёс он, — если ты продолжишь так на меня реагировать, мы действительно не выйдем из этого дома до вечера.
Я тихо рассмеялась, всё ещё дрожа от его прикосновений.
— Какая трагедия.
Каэлар закрыл глаза и едва заметно покачал головой, словно я только что сделала что-то по-настоящему жестокое.
Собираться оказалось неожиданно трудно.
Не потому, что вещей было много. Просто теперь всё вокруг выглядело частью другой жизни.
На полках стояли флаконы с засушенными травами, старые кристаллы с записями по зельям, связки лесных амулетов, которые я когда-то плела долгими вечерами у огня. У окна висели маленькие стеклянные колокольчики, ловившие ветер и наполнявшие дом тихим перезвоном. Раньше всё это казалось целым миром.